Характер вреда причиненного преступлением

Характер и размер ущерба при доказывании по преступлениям в сфере интеллектуальной собственности. Статьи по предмету Уголовный процесс

ХАРАКТЕР И РАЗМЕР УЩЕРБА ПРИ ДОКАЗЫВАНИИ ПО ПРЕСТУПЛЕНИЯМ В СФЕРЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ

Ковтун Н.Н., профессор кафедры уголовного права и уголовного процесса Национального исследовательского университета Высшей школы экономики Н. Новгород, доктор юридических наук.

Предмет доказывания в уголовном процессе — это установленная уголовно-процессуальным законом совокупность (вернее — система) обстоятельств, подлежащих установлению (доказыванию) по каждому уголовному делу. Нормативно система указанных обстоятельств закреплена в ст. 73 УПК РФ, а при рассмотрении и разрешении дела в суде первой инстанции достаточно оправданны апелляции в этом вопросе и к нормам ст. 299 УПК РФ .
———————————
Банин В.А. Предмет доказывания в советском уголовном процессе (гносеологическая и правовая природа). Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 1981. 158 с.

В свою очередь, не отрицая теоретической и практической значимости различного рода определений пределов доказывания, высказанных в российской уголовно-процессуальной доктрине, мы при определении последних будем исходить из того, что это степень доказанности тех обстоятельств, которые входят в предмет доказывания, и которая объективно достаточна либо для обоснования достоверности итоговых выводов следствия или суда по предмету доказывания, либо их вероятности .
———————————
Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе: Учеб. пособ. Волгоград: Изд-во ВСШ МВД СССР, 1988. 68 с.

Обращаясь непосредственно к обстоятельствам предмета доказывания по преступлениям в сфере интеллектуальной собственности (ст. 146, 147, 180 УК РФ), обозначим и основную проблему, сущность и практические следствия которой вынудили поставить на обсуждение ряд достаточно дискуссионных вопросов, как процесса доказывания, так и итоговых его результатов применительно к данному направлению познавательной деятельности. Речь, прежде всего, о таком обстоятельстве, входящем в главный доказательственный факт предмета доказывания, как «характер и размер вреда, причиненного преступлением» (п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ). Известно, что именно данное обстоятельство во многом является a priori необходимым условием для привлечения нарушителей к уголовной ответственности по указанным преступлениям; в том числе по квалифицированным их составам. Законодатель однозначно указывает как на необходимый криминализирующий факт на крупный размер ущерба в ч. 1 ст. 146 УК РФ. Принципиально оговаривает крупный размер незаконного использования объектов авторского права или смежных прав в ч. 2 ст. 146 УК РФ; квалифицированно подчеркивает особо крупный размер преступных деяний в ч. 3 ст. 146 УК РФ. Равным образом крупный размер содеянного является необходимым условием уголовной ответственности по преступлениям, указанным в ч. 1 ст. 147 УК РФ, а крупный ущерб — неотъемлемым обстоятельством предмета доказывания по преступлениям, предусмотренным ч. 1 и 2 ст. 180 УК РФ.
Таким образом, применительно к исследуемым составам деяний «характер и размер вреда, причиненного преступлением» является не просто «доктринально-навязанным» или формальным, по сути, обстоятельством, подлежащим обязательному установлению в ходе предварительного расследования, а затем и в суде, а реально определяющим условием законной и обоснованной реализации уголовной ответственности за совершение указанных преступлений. Естественным отсюда видится и вывод о том, что для постановления законного, обоснованного и справедливого приговора по уголовному делу, возбужденному в связи с нарушением авторских или иных смежных прав, обстоятельства, связанные с установлением характера и размера вреда, причиненного преступлением, должны быть установлены именно достоверно.
Достоверно — это, как известно, вне всяких сомнений для суда и сторон или в целом для государства и общества. И здесь, как ни странно, возникают проблемы. Первая из них достаточно известна теории российского материального права и судебно-следственной практике, связанной с расследованием и судебным рассмотрением данной категории дел, — это достоверный и легко верифицируемый способ (методика) точного определения (крупного или особо крупного) размера ущерба, который причинен субъектам авторского права или иным правообладателям установленных преимуществ и прав.
По идее, этот вопрос достаточно разъяснен как в научной доктрине, так и в решениях (разъяснениях) высших судебных инстанций страны, в силу чего не должен являться предметом возможных дискуссий. Для примера, применительно к нормам ч. 2 или ч. 3 ст. 146 УК РФ крупный или особо крупный размер ущерба, как правило, определяется следственными органами путем официального обращения либо непосредственно к правообладателю исключительных прав, либо к его официальному представителю в том или ином регионе Российской Федерации. В итоге именно последний на основании (утвержденного правообладателем) прайс-листа дает заключение о размере ущерба, причиненного незаконным распространением (тиражированием и т.п.) объекта авторского права. Дополнительным средством подобного доказывания нередко выступает и экспертиза, назначаемая по требованию следственных органов и призванная окончательно установить стоимость тиражированного программного продукта. Причем определяющим критерием достоверности установления указанного обстоятельства является условие, согласно которому цены в прайс-листе на лицензионный и однородный, по сути, объект авторского права — единые и действуют на всей территории Российской Федерации. Субъективное изменение цен региональным представителем, соответственно, ведет к расторжению договора с правообладателем. В итоге есть основания заключить, что исходные стоимостные критерии (цены), к примеру, на лицензионный программный продукт в различных субъектах Российской Федерации, а отсюда и размер ущерба, причиняемого правообладателю в результате однородных преступных деяний, должны быть идентичными, во всяком случае, в своих суммарных количественных критериях. Увы, но это утверждение несколько расходится с практикой предварительного расследования и судебного рассмотрения исследуемой категории дел. Для примера:
26.03.2007 Мичуринским городским судом Тамбовской области за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 3 ст. 146 УК РФ, осуждена гр. А-ва О.В., которой с учетом ст. 73 УК РФ назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы (условно с испытательным сроком один год) без применения штрафа.
В обвинительном приговоре суд в том числе признал доказанным покушение на сбыт одной контрафактной программы «Гарант-Строй Максимум. Практика ФАС округов. Версия v.5.5.f, сетевая многопользовательская. Обновление от 04.02.2006», чем правообладателю НПП «Гарант-Сервис» (г. Москва) причинен имущественный ущерб (в виде неполученной выгоды) в сумме 80 240 руб. Вина осужденной, как следует из приговора, в том числе доказана заключением эксперта от 03.06.2006, из которого следует, что «. стоимость исследуемою комплекта СПС «Гарант-Строй Максимум. Практика ФАС округов» составляет 80 240 руб.».
Таким образом, как событие преступления, так и характер и размер вреда, причиненного преступлением, по идее, достоверно установлены материалами дела, достаточно полно и всесторонне исследованы сторонами и судом в ходе судебного заседания. В итоге сомневаться в законности данного приговора, как в целом, так и применительно к отдельным его обстоятельствам, видимо, не приходится. Однако обратимся еще к одному приговору:
15.10.2007 Октябрьским районным судом г. Тамбова за преступление, предусмотренное п. «в» ч. 3 ст. 146 УК РФ, к 2 годам лишения свободы (условно с испытательным сроком 2 года) и штрафу в размере 50 000 руб. осужден гр. В-ий А.В.
Среди иных эпизодов ему в том числе инкриминировано распространение одного контрафактного диска программы «Гарант-Строй Максимум. Практика ФАС округов. Версия v.5.5.f, сетевая многопользовательская», чем правообладателю НПП «Гарант-Сервис» причинен имущественный ущерб (в виде неполученной выгоды) в сумме 68 587,5 руб. Как следует из приговора, вина осужденного в совершении данного преступления, наряду с иными материалами дела, доказана и заключением эксперта от 05.02.2007 N 5888/58.
Как видим, в этом случае, при практически одинаковой фактической стороне содеянного, ущерб, причиненный преступными действиями подсудимого, уже составляет не 80 240 руб., как в первом случае, а 68 578,5 руб. Для квалификации содеянного по соответствующей норме УК РФ, конечно, достаточно. Вместе с тем остаются сомнения. Во-первых, в вопросе о том, каким из указанных актов суда характер и размер ущерба установлен именно достоверно. Во-вторых, при условии, что при неоднократности аналогичных преступных деяний одним и тем же субъектом сумма ущерба умножается кратно количеству эпизодов, не послужит ли указанная «разница» стоимостных показателей дополнительным основанием для квалификации содеянного по статье (части) УК РФ с более квалифицированным составом. В-третьих, эмпирические данные, имеющиеся в нашем распоряжении, явно указывают на то, что (указанные) стоимостные критерии в определении суммы ущерба объективно разнятся не только в рамках одного региона, но и между различными субъектами Российской Федерации. Видимо, у региональных представителей одного и того же правообладателя разные «накладные» расходы, влияющие в итоге и на стоимость продукта, и на «расчет» окончательной суммы ущерба.
Необходимость именно достоверного установления характера и размера ущерба, причиненного исследуемыми преступлениями, как минимум диктуется еще и тем обстоятельством, что данный вопрос предмета доказывания, во-первых, находится в неразрывной связи с тем или иным видом разрешения гражданского иска, заявленного по уголовному делу, во-вторых, нередко определяет тот или иной вариант разрешения самого уголовного дела по существу в суде первой инстанции.
Поясним. Как известно, при разрешении уголовного дела по существу суд вправе оставить (заявленный) гражданский иск без рассмотрения исключительно в двух случаях. Первый: истец не явился в судебное заседание. При этом отсутствуют условия, перечисленные в ч. 2 ст. 250 УПК РФ. Второй: в судебном заседании невозможно точно рассчитать характер и размер ущерба (ч. 2 ст. 309 УПК РФ). Однако последние трудности не могут быть связаны с сомнениями в правильной квалификации содеянного по нормам УК РФ. Во всех остальных случаях гражданский иск должен найти свое разрешение в приговоре суда. Между тем судебная практика «по-своему» интерпретирует указанные, казалось бы исчерпывающие, предписания закона. Для примера:
ранее отмечалось, что по приговору Мичуринского городского суда Тамбовской области от 26.03.2007 за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 3 ст. 146 УК РФ, гр. А-ва О.В. осуждена к наказанию в виде 2 лет лишения свободы (условно) без применения штрафа. Отмечалось и то, что суд признал достоверно доказанным как размер ущерба, причиненного преступлением, так и юридическую квалификацию содеянного, основанную на нем. Тем не менее суд: «. считает возможным заявленный ООО «НПП «Гарант-Сервис» (г. Москва) иск на сумму 160 480 руб., ЗАО «1С АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО» (ЗАО «1С») иск на сумму 617 422 руб. оставить без рассмотрения, признав за потерпевшими право предъявить иск в порядке гражданского судопроизводства».
По приговору, вынесенному 15.10.2007 Октябрьским районным судом г. Тамбова в отношении гр. В-го А.В., также признано достоверно доказанным причинение ущерба правообладателям в особо крупном размере, а именно: НПП «Гарант-Сервис» (г. Москва) на сумму 68 587,5 руб., а ЗАО «1С» на сумму 506 335 руб. (что подтверждено прайс-листами и экспертизой). Вместе с тем в резолютивной части приговора суд «. признает за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска, однако в связи с расчетами, которые требуют отложения дела, считает необходимым передать его на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства» .
———————————
Случаи, оговоримся, не единичны, и только рамки данной статьи не позволяют нам рассмотреть все примеры судебно-следственной практики, связанные с субъективными подходами суда к разрешению (подобных) гражданских исков.

Как видим, позиции суда в одном из наиболее принципиальных вопросов процесса несколько двойственны. С одной стороны, суд считает достоверно доказанным характер и размер ущерба, причиненного преступлением (п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ) и, соответственно, основанную на нем квалификацию содеянного по соответствующей части статьи УК РФ. С другой — признает, что для определения действительной суммы ущерба необходимы дополнительные расчеты, и в данной связи «перекладывает» обязанность по разрешению гражданского иска на разрешение суда в порядке гражданского судопроизводства.
Полагаете, не принципиально, ибо, как уже отмечалось, стоимостные критерии ущерба (вреда), причиненного правообладателю, посредством исследуемых деяний изначально определены в едином (официальном) прайс-листе, в силу чего спор вполне можно передать на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства? Отнюдь, ибо, как показали результаты исследования, принципиальность правообладателя в этом вопросе не так уж принципиальна и зависит от целого ряда субъективных моментов. Для примера:
07.07.2008 мировой судья участка N 5 Ленинского района г. Тамбова разрешил в особом порядке (гл. 40 УПК РФ) уголовное дело в отношении подсудимого С-ва Д.М., обвиняемого в совершении трех преступлений, предусмотренных ст. 146, ч. 2, УК РФ.
Согласно приговору стоимость лицензионного программного продукта — программного обеспечения «1С: Предприятие 7.7 для SQL», незаконно приобретенного, хранимого в целях сбыта и незаконно использованного обвиняемым, составляет 84 000 руб., что относится к крупному ущербу. Именно указанная сумма, подчеркнем, была заявлена и в качестве гражданского иска. Однако непосредственно в судебном заседании представитель потерпевшего гражданский иск не поддержал, оспаривая его в части ущерба, и просил взыскать с С-ва Д.М. денежную сумму в размере 51 000 руб. в качестве компенсации. При этом (представителем) указано, что на основании ст. 49 Закона «Об авторском праве. «, действовавшего на момент совершения преступления, обладатели исключительных прав вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации.
19.03.2009 мировым судьей судебного участка N 5 Ленинского района г. Тамбова вынесено постановление о прекращении производства по уголовному делу в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК РФ) в отношении подсудимого И-ва М.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 146, ч. 2, УК РФ. Как следует из материалов уголовного дела, подсудимый «. вину признал, в содеянном раскаялся, обязался в дальнейшем не нарушать авторских прав «1С», причиненный материальный ущерб загладил путем перечисления 30 000 руб. на расчетный счет ЗАО «1С». Кроме того, он же в качестве материальной компенсации причиненного вреда выплатил корпорации «Майкрософт» денежную сумму в размере 30 022 руб.
Представители потерпевшей стороны, полностью удовлетворившись указанной компенсацией, внесли в суд ходатайство о прекращении производства по делу ввиду примирения сторон; они же отказались от притязаний по гражданскому иску.
Как видим, в первом случае представитель правообладателя обозначает причиненный ущерб не в сумме 84 000 руб. (как заявлено в прайс-листе и установлено экспертизой), а в виде 51 000 руб. компенсации. Во втором случае сторона, потерпевшая от преступления, также настаивает на том, что в результате деяния, предусмотренного ч. 2 ст. 146 УК РФ, подсудимым причинен ущерб правообладателю именно в сумме, необходимой для привлечения к уголовной ответственности. Удовлетворившись компенсацией в 30 000 руб., правообладатель считает свои интересы защищенными, спор — исчерпанным. Риторические, по сути, вопросы о том, насколько законно и обоснованно обвиняемый в данной ситуации был привлечен к уголовной ответственности, мы, естественно, ставить не будем. Для нас принципиально другое, а именно то обстоятельство, что при разрешении указанных споров в «гражданском» суде, куда потерпевших и «отсылает» суд уголовный, характер и размер ущерба, причиненного правообладателю, нередко оказываются принципиально отличными от тех, которые признаны достоверно доказанными в порядке уголовного судопроизводства и подтверждены приговором суда.
Причины последнего в том числе заключаются в том, что при разрешении спора в порядке гражданского судопроизводства суд, как правило, учитывает и то обстоятельство, что, если лицо, к примеру, является законным обладателем (лицензионного) программного продукта, оно может продать его другому лицу с передачей всех имущественных прав с написанием «1С»-заявления. Это необходимо для того, чтобы (физическое или юридическое) лицо, которому передали программное обеспечение, в полной мере пользовалось имущественными правами и технической поддержкой ЗАО «1С».
Поясним, что в рамках поставки лицензионного программного обеспечения, как правило, производится постоянное обновление информационной базы продукта, (необходимое) обучение специалистов, действует «горячая линия» поддержки, работает правовой консалтинг и другие опции правообладателя. Если коротко — законный потребитель получает не только собственно программный продукт, но и гарантированные услуги по его обновлению, обслуживанию, поддержке. Именно в единстве указанного программного продукта и гарантированных услуг правообладателя и складывается цена (стоимость) объекта авторского права, которая, напомним, указывается в официальном прайс-листе и которая принимается во внимание следственными органами и судом в рамках расследования и судебного рассмотрения исследуемой категории преступлений.
Правонарушитель авторских прав, что представляется очевидным, a priori лишен пакета названных услуг и поддержки; он использует его на свой страх и риск. Отсюда, как представляется, и известные потуги региональных представителей правообладателя настаивать в суде не столько на получении (посредством весьма проблемного разрешения гражданского иска) указанной в обвинительном заключении суммы, сколько на реальном получении гораздо менее значимых сумм в виде компенсационных выплат от обвиняемого. Ни следственные органы, ни суд, как правило, не задаются исследованием этих вопросов, они остаются за пределами предмета доказывания в уголовном суде. Отсюда и отказ в разрешении по существу, казалось бы, «доказанного» гражданского иска и не менее субъективные «игры» с разрешением указанных дел в особом порядке уголовного судопроизводства (гл. 40 УПК РФ), которые не могут быть обжалованы и проверены в вышестоящем суде на предмет фактической стороны разрешенного спора (ст. 317 УПК РФ).
Пример.
Как отмечалось, 17.07.2008 мировой судья участка N 5 Ленинского района г. Тамбова разрешил в особом порядке (гл. 40 УПК РФ) уголовное дело в отношении подсудимого С-ва Д.М., обвиняемого в совершении трех преступлений, предусмотренных ст. 146, ч. 2, УК РФ.
Как следует из приговора, представитель потерпевшего, государственный обвинитель не возражают против рассмотрения уголовного дела в данном процессуальном порядке. Однако названное утверждение суда опровергается буквально следующим абзацем, приведенным в приговоре, а именно: «. представитель потерпевшего гражданский иск в судебном заседании не поддержал в части ущерба, просил взыскать с С-ва Д.М. денежную сумму в размере 51 тыс. руб. в качестве компенсации. Наказание просил назначить более строгое, чем просил государственный обвинитель, указав, что в настоящее время российское законодательство защиту авторских прав считает приоритетным направлением».
Напомним, что согласие потерпевшего является необходимым и императивным условием для применения особого порядка судебного разбирательства (глава 40 УПК РФ). Суд просто обязан проверить наличие указанного согласия при проверке (всей) системы условий, делающих возможным применение указанного порядка. Тем не менее суд реализует особый порядок судебного разбирательства и постановляет приговор, несмотря на то что потерпевший, по сути, оспаривает и вопросы гражданского иска, и размер наказания, предложенного государственным обвинителем. Гражданский иск по данному делу, естественно, оставлен судом без удовлетворения (надо — без рассмотрения!), но за потерпевшим признано право на его предъявление в порядке гражданского судопроизводства .
———————————
Оговоримся, что названный пример не единичен. В том же особом порядке и с тем же вариантом разрешения гражданского иска окончены рассмотрением еще целый ряд изученных дел, и исключительно рамки данной статьи не позволяют привести их в качестве наглядных примеров.

В итоге практически все «в шоколаде»: следственные органы и прокурор — раскрыли и доказали в суде достаточно резонансное преступление (выставив, естественно, карточки в статистическую отчетность). Суд — вынес акт правосудия и также улучшил отчетность. Подсудимый — воспользовался (известными) льготами особого порядка судебного разбирательства. Потерпевший, правда, не получил ничего, ибо, как показывают материалы исследования, в подавляющем большинстве случаев в суд за разрешением иска в порядке гражданского судопроизводства не обращается никто; видимо, хорошо понимая и энергозатратность, и сроки, и особенности процесса доказывания в данном суде. И тем не менее все так же остаются вопросы:
— о единой методике расчета суммы ущерба по указанным преступлениям (единой для всей территории страны и без учета «накладных» расходов того или иного из региональных представителей правообладателя);
— о правомерности «официальной» суммы ущерба, определенной прайс-листом и (дополнительно) заключением эксперта, при условии, что правонарушитель (используя контрафактный объект) a priori не получает пакета опций (услуг), формирующих окончательную стоимость лицензионного продукта;
— о преюдициальной силе приговора суда, с одной стороны, признающего достоверно доказанной именно данную сумму ущерба; с другой стороны, предлагающего для определения действительной суммы ущерба (и, соответственно, разрешения гражданского иска) обращаться к порядку гражданского судопроизводства.
То, как будут решены эти вопросы: разъяснениями пленума или непосредственно усилиями законодателя, — полагаем, не принципиально. Важнее другое, а именно достоверность суждений и итоговых выводов суда в одном из наиболее принципиальных вопросов доказывания при разрешении данной категории дел по существу.

Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Уголовный процесс, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

§ 1. Понятие и виды вреда, причиненного преступлением

В гражданском, уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве России используются два близких по содержанию термина: «вред» и «ущерб». Рассмотрим значения этих терминов.

Согласно толковому словарю Вл. Даля, в русском языке «вред» означает последствия всякого повреждения, порчи, убытка, вещественного или нравственного, всякое нарушение прав личности или собственности, а ущерб – это урон, убыток, трата, убыль, умаленье.

В соответствии с толкованием, данным в словаре С. И. Ожегова, вред – это ущерб, порча, а ущерб – потеря, убыток, урон.

Таким образом, значения данных понятий несколько отличаются: ущерб означает имущественные последствия какого-либо деяния, а вред, наряду с этим, подразумевает и нравственные страдания, причиненные соответствующим деянием.

В гражданском законодательстве понятие «вред» используется преимущественно для обозначения негативных последствий для жизни и здоровья человека, а также морального вреда (физических и нравственных страданий). Но, наряду с неимущественными, термин «вред» обозначает и негативные имущественные последствия.

Например, вред, причиненный вследствие недостатков товаров, работ или услуг (ст. 1095 ГК РФ), может включать как имущественные, так и неимущественные последствия. Вред, причиненный транспортному средству (ст. 639 ГК РФ), – это исключительно имущественные последствия.

Таким образом, вред в гражданском праве – это как имущественные, так и неимущественные негативные последствия для лица (собственника, арендатора).

Термин «ущерб» в гражданском праве означает негативные имущественные последствия. Эта категория связана с таким понятием как «убытки», которое раскрывается в ст. 15 ГК РФ. Под убытками понимаются:

расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права;

утрата или повреждение имущества;

неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из буквального толкования нормы, предусмотренной ст. 15 ГК РФ, а также из разъяснения Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, первая и вторая из вышеназванных составляющих образуют реальный ущерб (см. постановление от 1 июля 1996 г. Пленума ВС РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ»).

Анализируя упомянутые выше понятия, дореволюционный ученый-цивилист Г.Ф. Шершеневич отмечал следующее: «Вред, понесенный имуществом, и состоящий в уменьшении его ценности, называется убытками, под которыми никак нельзя понимать нравственный вред… Убытки, заключающиеся в уменьшении ценности имущества сравнительно с той, какую оно имело до правонарушения, представляют действительный ущерб, например, в случае поджога дома, кражи хлеба с гумна и т.п.».

В данном случае ущерб понимается как имущественный вред.

Таким образом, ущерб в гражданском праве – это имущественный вред, причиненный в результате утраты или повреждения имущества.

В уголовно-процессуальном праве последствия преступления обозначаются как вред, который имеет следующие разновидности: физический, имущественный и моральный вред – для физических лиц; вред имуществу и деловой репутации – для юридических лиц (ст. 42 УПК РФ).

В целях изучения деятельности следователя по обеспечению возмещения вреда мы будем опираться, прежде всего, на разновидности вреда, определенные уголовно-процессуальным законом: имущественный вред, физический вред и моральный вред.

Для того, чтобы определить характер и размер вреда, причиненного преступлением, необходимо исследовать обстоятельства дела и собрать достаточные доказательства.

4.4.3. Доказывание характера и размера вреда, причиненного преступле­нием

Без установления характера и размера вреда, причиненного преступ­лением, в ряде случаев не только невозможно объективно разрешить заяв­ленный гражданский иск, но и более того — установить было ли вообще преступление или же деяние, хотя формально и подпадало под признаки преступления, предусмотренного статьей Особенной части УК, тем не ме­нее, не являлось таковым в силу своей малозначительности (к примеру, нарушение лицом, управляющим транспортным средством, правил дорож­ного движения или эксплуатации транспортных средств является преступ­ным, только когда имел место крупный ущерб (ст. 264 УК РФ)).

От характера и размера причиненного вреда в ряде случаев зависит решение важных для гражданского истца уголовно-правовых вопросов:

— о наличии преступления и соответственно его квалификации;

— об определении стадии реализации преступного умысла (имело ме­сто покушение или оконченное преступление);

— о наличии смягчающего наказание обстоятельства (добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему и т.п.);

— о размере подлежащей взысканию с обвиняемого суммы;

— о возможности прекращения уголовного дела по нереабилитирую- щим основаниям.

Подлежащий доказыванию причиненный преступлением вред, как известно, подразделяется на виды:

1) моральный (бесчестье, унижение достоинства, лишение возмож­ности пользования определенным благом и т.д.),

2) физический (вред здоровью, лишение жизни),

3) имущественный (материальные убытки).

Причинение любого из перечисленных разновидностей вреда может привести к предъявлению гражданского иска. В цивилизованных странах любой из видов ущерба позволительно выразить в денежном эквиваленте. Еще до вступления в силу УПК РФ по действующим российским законам (ст. 151 ГК РФ) такое требование со стороны гражданского истца (потер­певшего) также стало возможным. Единственно, что следует отметить, по­ка суды затрудняются с денежной оценкой морального ущерба. Поэтому заявляемые иски часто удовлетворяются лишь частично на сумму не пре­вышающую, а часто и в несколько раз меньшую, чем причиненный иму­щественный ущерб. Между тем, думается, что причиненный преступлени­ем моральный вред, связанный, к примеру, с уничтожением огнем входной двери в квартиру, как и многие другие случаи причинения морального вреда, в своем денежном выражении должен быть оценен гораздо в боль­шем размере, чем стоимость самого дверного полотна.

У пострадавшего может быть свое представление о размере денеж­ного выражения причиненного ему морального вреда. И ему нельзя запре­тить требовать возмещения любой суммы. Между тем следователю (органу дознания, прокурору, суду) нужно знать, что согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ на нем лежит обязанность выяснения:

— чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий,

— при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены,

— степень вины причинителя,

— какие нравственные или физические страдания перенесены потер­певшим,

— в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их ком­пенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для установления подлежащей возмещению пострадавшему суммы.

Трудности возникают и при определении размера причиненного об­щественно опасным деянием материального ущерба. В настоящее время один и тот же предмет в различных местах (на рынке, оптовом складе или в магазине, в г. Москве, г. Калининграде или в г. Магадане) стоит по- разному. Мало того аналогичной похищенной вещи может просто не су­ществовать в природе (произведение искусства и др.), она может быть осо­бо дорога для потерпевшего (подарок, приз и т.д.). Все это приводит к то­му, что разные источники доказательств содержат неодинаковые сведения о стоимости похищенных товароматериальных ценностей. Друг от друга могут отличаться, к примеру, цены вещи, указанные в справке из магазина и показаниях потерпевшего. Какую же цену брать за основу? Ответить на данный вопрос не просто, тем более, что на момент производства предва­рительного расследования предмет преступного посягательства нередко уже кем-то уничтожен или потерян.

Несмотря на это, рекомендуется признавать пострадавшего граждан­ским истцом на сумму предъявленного им (потерпевшим, гражданским истцом) требования о возмещении вреда. Практика высшего органа право­судия нашего государства показывает, что в ряде случаев размер причи­ненного преступлениям вреда исчисляется, исходя именно из тех сведений, которые содержатся в показаниях потерпевшего. Но это ни в коей мере не

говорит о том, что для доказывания наступивших в связи с совершением

преступления последствий достаточно одного допроса потерпевшего . Необходимо принимать меры к сбору всех возможных доказательств о рассматриваемом нами обстоятельстве и, проанализировав таковые, объек­тивно, полно и всесторонне разрешить гражданский иск.

Своеобразен порядок доказывания ущерба причиненного медицин­скому учреждению в связи с имевшими место затратами на лечение потер­певшего. За 1 койко-день здесь взыскивается сумма, которую определяет бухгалтерия того лечебного заведения, где лечился потерпевший. Следова­телю в этой связи нужно направить соответствующий запрос в бухгалте­рию и исходить из той суммы, которая будет указана в присланной ему справке — ответе на его запрос.

§ 2. Установление и процессуальное закрепление характера и размера вреда, причиненного преступлением

Обязанность следователя устанавливать характер и размер вреда, причиненного преступлением, вытекает из содержания ст. 73 УПК РФ (обстоятельства, подлежащие доказыванию).

Характер и размер вреда должен устанавливаться для правильной квалификации деяния, которая отражается в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого, в обвинительном заключении и обвинительном приговоре. Кроме того, характер и размер причиненного вреда влияет на выбор меры пресечения, а в последующем – на вид и размер наказания, назначаемого судом.

Помимо этого, характер и размер вреда устанавливается для обеспечения его возмещения (компенсации), если потерпевшим будет заявлен гражданский иск, как в процессе предварительного расследования, так и на судебных стадиях уголовного судопроизводства.

При установлении характера и размера вреда следует исходить из разновидностей вреда, определенных в ст. 42 УПК РФ.

Очевидно, что характер вреда является его качественной характеристикой, а размер – количественной.

На характер вреда указывает, прежде всего, его принадлежность к одному из трех видов: имущественный, физический, моральный.

Имущественный вред причиняется хищением, повреждением, а равно уничтожением имущества. В первом случае вред связан с изъятием предмета у собственника или законного владельца, во втором – с утратой предметом его полезных качеств, в третьем – с невосполнимой и безвозвратной утратой самого предмета.

Физический вред связан с причинением вреда здоровью. Под вредом здоровью человека понимается нарушение анатомической целости и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды (пункт 2 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522).

Вред здоровью различается по степени тяжести: тяжкий, средней тяжести, легкий. Для определения указанных видов вреда существуют медицинские критерии, предусмотренные приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».

Например, к тяжкому вреду здоровья, опасному для жизни человека, создающему непосредственную угрозу для жизни, относятся:

рана головы (волосистой части, века и окологлазничной области, носа, уха, щеки и височно-нижнечелюстной области, других областей головы), проникающая в полость черепа, в том числе без повреждения головного мозга;

рана шеи, проникающая в просвет глотки или гортани, или шейного отдела трахеи, или шейного отдела пищевода; ранение щитовидной железы;

рана живота, проникающая в брюшную полость, в том числе без повреждения внутренних органов и многие другие.

Моральный вред – это вид вреда, который часто сопряжен с физическим вредом, но имеет место и без него. Например, при психических (нравственных) страданиях, которые возникают при угрозе убийством, не подкрепленной насилием. Моральный вред причиняется и в тех случаях, когда потерпевший не испытывает психических страданий, либо когда он не способен полностью понимать значение совершаемых с ним действий. Например, когда малолетний ребенок не понимает значения совершаемых с ним развратных действий: в данном случае страдает его психическое развитие, хотя он еще не в состоянии этого осознать. То есть, характер морального вреда также может различаться.

Размер имущественного вреда устанавливается исходя из стоимости и количества имущества, которое было похищено (повреждено, уничтожено).

Степень тяжести физического вреда определяется судебно-медицинской экспертизой.

Денежное выражение последствий причиненного физического вреда определяется на основании документов, подтверждающих факт прохождения лечения пострадавшим и его стоимость.

Размер морального вреда установить гораздо сложнее, чем размер имущественного и физического вреда. В ряде случаев он зависит от размера и характера физического вреда. Сложнее обстоит дело, когда моральный вред причиняется в отсутствие физического вреда: в этом случае нелегко определить степень психических (нравственных) страданий. При определении морального вреда степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (см. постановление Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Способы установления характера и размера причиненного преступлением вреда – это следственные и иные процессуальные действия. В одних случаях эти процессуальные действия проводятся не только для установления вреда, но и других обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ. Это, например, допрос потерпевшего. В других случаях процессуальные действия служат для установления только характеристик причиненного вреда. К таким действиям относится, например, назначение и производство судебно-товароведческой экспертизы (для определения стоимости имущества).

Для установления характера и размера имущественного вреда необходимо установить наименование, количество, стоимость, а в ряде случаев – и иные характеристики похищенного, поврежденного или уничтоженного предмета. Например, когда предметом хищения является картина известного художника, следует определить, представляет ли она особую художественную, историческую или иную ценность.

В целях установления всех этих характеристик в рамках предварительного расследования проводятся следующие следственные и иные процессуальные действия:

осмотр места происшествия;

выемка документов на имущество (например, гарантийного талона);

выемка и обыск, в ходе которых изымаются похищенные предметы;

осмотр предмета преступного посягательства (имущества);

допрос подозреваемого (обвиняемого);

проверка показаний на месте;

назначение и производство товароведческой экспертизы – для определения стоимости имущества;

запросы в торговые организации и другие.

Осмотр места происшествия служит установлению характера и размера имущественного вреда, так как в ходе этого следственного действия можно получить косвенные доказательства того, что ранее в осматриваемом помещении находилось то или иное имущество.

Так, на тумбочке, с которой похищен телевизор, может быть след его недавнего присутствия: пылевой слой размером, соответствующим размеру нижней части телевизора, нарушен там, где ранее находился этот предмет. В этом случае, в протоколе осмотра должно быть отражено: «На верхней части тумбочки имеется пылевой слой, который нарушен на площади прямоугольной формы размерами 60×40 см, расположенной по центру тумбочки».

При оценке доказательств протокол осмотра места происшествия сопоставляется с показаниями потерпевшего о том, на каких местах находилось похищенное имущество, а также с протоколом осмотра соответствующих предметов.

Вряд ли оправдано отражение в протоколе осмотра места происшествия пояснений лица, присутствующего при осмотре, в то время как эти пояснения должны быть записаны в протоколе допроса соответствующего лица. Протокол осмотра и показания потерпевшего (свидетеля) являются разными по своей природе доказательствами, но рассматриваются и оцениваются они в совокупности и, таким образом, дают необходимое представление о похищенном имуществе.

При допросе потерпевшего выясняется наименование, количество, стоимость и индивидуальные признаки похищенного имущества. Что касается его стоимости, то потерпевший не всегда может точно указать стоимость всех похищенных (или поврежденных) вещей. Кроме того, стоимость, указанная потерпевшим, может не совпадать со стоимостью, указанной в справке о стоимости из торговой организации. Потерпевший может занижать либо завышать действительную стоимость предмета (в том числе, неумышленно).

Например, при расследовании кражи потерпевший при допросе указал, что стоимость похищенного у него мобильного телефона составляет 3600 рублей. Следователем была назначена товароведческая экспертиза (проведена в Бюро товарных экспертиз г. Москвы), по заключению которой установлено, что стоимость данного телефона составляет 5400 рублей. Следователь вынес постановление о том, чтобы считать стоимостью телефона ту сумму, которая установлена проведенной экспертизой (по материалам практики ГСУ при ГУВД по г. Москве).

На некоторые предметы, к которым относятся аудио- и видеотехника, бытовые приборы, мобильные телефоны, у потерпевшего сохраняются документы: инструкции пользования, гарантийные талоны, кассовые и товарные чеки. Эти документы должны быть изъяты путем выемки. Поскольку в кассовых и товарных чеках указана стоимость товаров, а гарантийные талоны и инструкции пользования подтверждают покупку потерпевшим похищенных вещей, все эти документы являются доказательствами по делу, которые определяют наименование, количество и стоимость похищенных предметов. Данные документы осматриваются и приобщаются к уголовному делу.

Если в ходе обыска или выемки изымаются похищенные предметы, то в протоколе следственного действия указываются их индивидуальные признаки, а подробный осмотр производится позже и оформляется протоколом осмотра предметов.

В ходе осмотра похищенных и изъятых предметов фиксируются индивидуальные признаки предмета, при этом следует обратить особое внимание на признаки, ранее указанные потерпевшим, а также повреждения данного предмета. Это важно для дальнейшего возмещения вреда, т.к. размер возмещения определяется с учетом того, насколько возвращенная в процессе предварительного расследования вещь потеряла в своей стоимости. Для определения стоимости соответствующего предмета целесообразно назначение судебно-товароведческой экспертизы. В ряде случаев проведение данной экспертизы не только целесообразно, но и необходимо.

При допросах свидетелей могут выясняться следующие вопросы:

факт наличия в собственности потерпевшего определенного имущества;

время приобретения этого имущества;

сумма, за которую приобреталось имущество;

место, где оно приобреталось, и другие.

Например, если похищенные драгоценности были подарены женщине ее мужем, он может пояснить, где, когда и за какую сумму он их приобрел, а также описать их отличительные признаки.

Допрос подозреваемого (обвиняемого) может дать сведения, касающиеся характера и размера причиненного вреда, если это лицо дает признательные показания. Так, подозреваемый (обвиняемый) может рассказать о количестве похищенных предметов и выразить свое мнение об их стоимости.

Проверка показаний на месте может иметь значение для установления характера и размера вреда, если в процессе ее производства обнаруживается и изымается похищенное имущество. В этом случае в протоколе проверки показаний отражаются индивидуальные признаки изымаемого предмета.

В процессе производства по делу возникает вопрос: следует ли при определении характера и размера вреда учитывать упущенную выгоду, либо только реальный вред, причиненный преступлением? Прямых указаний уголовно-процессуального закона об этом не существует, а правоприменительная практика исходит из необходимости определения характера и размера только реального вреда, без учета упущенной выгоды.

Для установления характеристик физического вреда могут проводиться следующие следственные и иные процессуальные действия:

выемка и запросы различных медицинских документов;

назначение и производство судебных экспертиз: медицинской, психиатрической, наркологической, комплексной;

выемка и запросы документов, подтверждающих оплату и стоимость лечения потерпевшего, и другие.

Допрос потерпевшего при установлении характера физического вреда имеет большое значение, поскольку из его показаний можно почерпнуть сведения не только об объективной картине происшедшего (куда наносились удары, где образовались повреждения), но и субъективные ощущения лица (болевые ощущения, их длительность и интенсивность). Кроме того, потерпевший может сообщить о том, в какие лечебные учреждения он обращался за помощью, какая помощь ему была оказана, платно или бесплатно, за какую сумму.

Допрос свидетеля служит средством установления характера физического вреда, если данный свидетель являлся очевидцем совершения преступления.

Подозреваемый (обвиняемый) также допрашивается о вреде, который он причинил потерпевшему. В этом случае следователь должен выяснить, какого характера насилие применялось к потерпевшему, в какие части тела наносились удары, чем, в какой последовательности, с какой силой.

Освидетельствование (следственное действие) также проводится для установления наличия и характера телесных повреждений. Следует отметить, что вне зависимости от того, проводилось освидетельствование или нет, обязательно должна быть назначена судебно-медицинская экспертиза для определения степени тяжести вреда здоровью.

Выемка медицинских документов предваряет назначение и производство судебно-медицинской, судебно-психиатрической, судебно-наркологической и комплексной (психолого-психиатрической, нарколого-психиатрической) экспертиз.

К медицинским документам относятся:

история болезни (находится в месте стационарного лечения потерпевшего);

амбулаторная карта (находится в лечебном учреждении, где потерпевший проходил амбулаторное лечение, в том числе, в поликлинике по месту его жительства);

различные снимки, кардиограммы, рентгенограммы, заключения врача (все это может находиться как в лечебных учреждениях, так и у потерпевшего или его родственников);

справки из различных лечебных учреждений (например, травмопункта, куда потерпевший обратился сразу после получения повреждений);

акт медицинского освидетельствования, если оно проводилось до возбуждения уголовного дела (например, по инициативе самого потерпевшего, обратившегося в Бюро судебно-медицинских экспертиз);

справки из психиатрического и наркологического диспансеров, если потерпевший состоит на учете в этих учреждениях.

Следует отметить, что выемка медицинских документов осуществляется по судебному решению, поскольку они содержат сведения, охраняемые законом (врачебная тайна). Это предусмотрено п. 7 ч. 2 ст. 29, ч. 3 ст. 183, ст. 165 УПК РФ.

Перед тем, как произвести выемку необходимых для проведения экспертизы документов, следователь должен допросить потерпевшего и выяснить, в какие лечебные учреждения он обращался, где ему была оказана медицинская помощь, сколько дней он находился в стационаре, в какой поликлинике состоит на учете. После этого следователь должен выяснить, какие именно документы имеются в тех или иных медицинских учреждениях, после чего ему необходимо обратиться в суд за получением решения о производстве выемки соответствующих медицинских документов.

В соответствии с пунктом 27 приказа Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не определяется, если:

в процессе медицинского обследования живого лица, изучения материалов дела и медицинских документов сущность вреда здоровью определить не представляется возможным;

на момент медицинского обследования живого лица не ясен исход вреда здоровью, не опасного для жизни человека;

живое лицо, в отношении которого назначена судебно-медицинская экспертиза, не явилось и не может быть доставлено на судебно-медицинскую экспертизу либо живое лицо отказывается от медицинского обследования;

медицинские документы отсутствуют либо в них не содержится достаточных сведений, в том числе результатов инструментальных и лабораторных методов исследований, без которых не представляется возможным судить о характере и степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

Перед назначением судебно-медицинской экспертизы иногда возникает необходимость получить консультацию эксперта, чтобы предоставить на исследование все необходимые документы. В ряде случаев для проведения экспертизы бывает недостаточным предоставление медицинских документов, но требуются еще и показания специалиста – врача, проводившего лечение потерпевшего.

Так, при расследовании разбойного нападения после назначения и производства судебно-медицинской экспертизы было получено заключение экспертизы со следующим выводом: «Ввиду расхождения описания количества ран в представленных медицинских документах, неясности объема проведенной первичной хирургической обработки ран (на какую именно рану наложены швы), для ответа на вопросы постановления необходимо предоставить в распоряжение эксперта протокол допроса нейрохирурга С. из НИИ им. Склифосовского, перед которым поставить вопросы о точном количестве ран и объеме оперативного вмешательства каждой раны». После допроса нейрохирурга С. следователем была назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза, на которую, кроме представлявшихся ранее медицинских документов, был направлен протокол допроса врача. После этого было получено заключение экспертизы, в котором определено, что потерпевшему причинен легкий вред здоровью (по материалам, предоставленным ГСУ при ГУВД по г. Москве).

Следует иметь в виду, что необходимость в назначении дополнительной медицинской экспертизы может возникнуть непредвиденно, между тем как срок ее проведения может быть достаточно длительным.

Выемка и истребование документов, подтверждающих оплату и стоимость лечения потерпевшего, осуществляются в тех лечебных учреждениях, где он проходил лечение, независимо от того, оплачивал ли лечение сам потерпевший. В случае если лечение проводилось в муниципальном или государственном лечебном учреждении и самим потерпевшим оно не оплачивалось, прокурором на судебных стадиях уголовного процесса может быть заявлен гражданский иск для возмещения вреда, понесенного Российской Федерацией, субъектом Федерации или муниципальным образованием.

При решении вопроса о причинении морального вреда следует обратить внимание на то, что существуют его субъективные и объективные критерии оценки. К субъективным относятся показания потерпевшего, свидетелей, подозреваемых, к объективным – заключения судебных экспертиз, результаты освидетельствования.

В данном случае необходимо отметить, что решать вопрос о компенсации причиненного преступлением морального вреда должен суд, но его оценка во многом зависит от того, насколько полно собраны доказательства причиненного вреда в период предварительного расследования.

Смотрите еще:

  • Статья 73 уголовного кодекса рк Налоговый Кодекс РКСтатья 73. Содействие налогоплательщикам 1. Налоговые органы оказывают содействие налогоплательщикам (налоговым агентам) путем: 1) разъяснения налогового законодательства Республики Казахстан; 2) представления сведений […]
  • Наказание по статье 146 Наказание по статье 158 УК РФ за кражу Наказание по статье 158 УК РФ: на что можно рассчитывать? По статье 158 Уголовного кодекса РФ (УК) наказание варьируется от штрафа до лишения свободы на срок до десяти лет, в зависимости от […]
  • Поправки в ук рф 2018 ст 111 Ожидаются ли поправки к президентским выборам и в 2018 году? Здравствуйте. Подскажите пожалуйста,ожидаются ли поправки к выборам президента по статьям 111часть 4 и 158 часть 2? Ответы юристов (1) Доброй ночи, Олеся. В настоящее время ч. […]
  • Замена административного наказания другим Замена исправительных работ другим видом наказания был осужден по 158 средняя тяжесть.назначили исправительные работы на срок 8 месяцев (май 2016),т.к. до этого не привлекался и компенсировал причиненный ущерб в полном объеме. на первом […]
  • Образец заявления от жителей дома Что включает в себя ремонт придомовой территории многоквартирного дома? Образец заявления на проведение работ Придомовая территория подразумевает под собой участок земли, на котором расположены многоквартирный дом и другие объекты […]
  • Как посчитать почтовый сбор с алиментов в 2018 году Алименты в бухгалтерском учете Одним из самых распространенных удержаний по исполнительным листам с сотрудника являются алименты в пользу несовершеннолетних детей. При начислении зарплаты нужно учитывать их выплату после […]
  • Экспертиза профессионала Независимая экспертно-оценочная организация «ЭКСПЕРТ» – профессионалы в области судебной экспертизы и оценочной деятельности. ООО «Независимая экспертно-оценочная организация «ЭКСПЕРТ» (НЭОО «ЭКСПЕРТ») - негосударственное экспертное […]
  • Заключения прокурора по гражданскому делу 4. Участие прокурора в гражданском процессе с целью дачи заключения В ГПК теперь непосредственно перечислены категории дел, по которым прокурор дает заключение путем вступления в уже начатый процесс. Во-первых, по ряду категорий дел, […]