Ядерные отходы закон

Ядерные отходы закон

Позволяет ли закон
удалять радиоактивные
отходы в космос?

доктор юридических наук

Институт государства и права РАН

О социальных и морально-нравственных аспектах проектов изоляции радиоактивных отходов (РАО), разработанных к настоящему времени, наш журнал уже писал (Земля и Вселенная, 1992, № 5, с. 26-32). Настоящая статья продолжает эту тему, акцентируя внимание читателей на международно-правовых аспектах.

Ядерная безопасность — одна из злободневных проблем. Особенно актуальной она стала после Чернобыльской катастрофы и связанным с ней загрязнением долгоживущими радионуклидами четырнадцати областей России, а также территорий Украины и Белоруссии. Авария на Радиохимическом заводе в Томске-7 в этом году вновь привлекла внимание всего мира к проблеме ядерной безопасности. Однако, как мы считаем, в ближайшие десятилетия не будет альтернативы ядерной энергетике (это стали все отчетливее понимать в регионах бывшего Союза, испытавших на себе энергетический кризис). Отсюда и важность вопроса о надежной изоляции радиоактивных отходов.

Радиоактивные отходы условно разделяют на низкоактивные (НАО), среднеактивные (САО) и высокоактивные отходы (ВАО), последние — наиболее опасные.

Основные способы изоляции высокоактивных и альфа-излучающих РАО — содержание их в специальных сооружениях и захоронение в глубоких недрах Земли. До недавнего времени практиковалось захоронение РАО на дне морей и океанов. Сейчас рассматриваются еще два альтернативных способа — трансмутация, т. е. физическая ликвидация радиоактивных изотопов с применением ядерных реакторов или высокопоточных ускорителей протонов, и удаление РАО в космическое пространство. Конечно, лучше всего совсем не создавать радиоактивных отходов. Но это утопия, ведь атомная энергетика существует и, например в России она производит более 10% электроэнергии.

Идея космической изоляции РАО возникла давно. Еще в 1959 г. этот способ предлагал в нашей стране академик П. Л. Капица, а в 1972 г. в США — Д. Шлесинджер. На Европейской конференции по ядерной энергетике в 1975 г. в Париже обсуждалось несколько общих концепций окончательного захоронения или удаления высокоактивных и альфа-излучающих РАО. Это, во-первых, космическое удаление РАО, во-вторых, трансмутация, в-третьих, использование специально оборудованных помещений на поверхности Земли или захоронение на дне океана и, наконец, использование геологических формаций в континентальных массивах или на морском дне. И хотя на первое место в этом перечне была поставлена концепция удаления РАО в космос, все же подчеркивалось, что в нашем столетии они в основном будут захораниваться на Земле.

Однако уже через четыре — пять лет НАСА и Министерство энергетики США стали разрабатывать способы удаления РАО в космос с использованием многоразовой космической системы Спейс Шаттл. (В нашей стране подобный способ начали разрабатывать в 1987 г. в ЦНИИ машиностроения.) А четыре года спустя по материалам научно-технических отчетов различных организаций и предприятий космического и ядерного комплексов бывшего Советского Союза была подготовлена программа «Шанс», излагавшая концептуальные исследования технических, экономических и правовых аспектов проблемы космической изоляции особо опасных РАО.

Возврат к этой идее обусловили следующие факторы: — значительный рост долгоживущих и особо опасных РАО, находящихся во временных хранилищах;

— коренные политические изменения в мире и связанное с ними ядерное разоружение, особенно с ракетно-космическими средствами доставки;

— существенные достижения в совершенствовании космических летательных аппаратов;

— необходимость коммерциализации в космических отраслях.

СПЕЦИАЛИСТЫ ИЩУТ РЕШЕНИЕ

12-14 января 1993 г. в подмосковном Калининграде проходила Вторая ежегодная международная конференция «Космическая изоляция радиоактивных атомных отходов — очистка биосферы». В ней участвовали ученые и специалисты по космической технике, ядерной энергетике России и ряда зарубежных стран, а спонсором конференций выступило Министерство науки России. На конференции обсуждались доклады, посвященные разным аспектам космической изоляции РАО, но основной упор был сделан на технические вопросы вывода РАО в Космос. Несмотря на различные, часто противоречивые мнения участники конференции нашли взаимопонимание.

Руководитель конференции действительный член

— биосфера не может ассимилировать все РАО, производимые человечеством;

— наша планета ограничена;

— космос безграничен и его невозможно замусорить конечным количеством РАО;

— космос агрессивен для живой материи;

— Земля ограждена от космоса атмосферой, так что из нашего «дома» мы можем выкинуть все, что хранить в нем невозможно.

На конференции обсуждалось несколько вариантов космического удаления РАО: удаление на Юпитер, вывод за пределы Солнечной системы, удаление на Солнце (в том числе полеты с гравитационным маневром около Юпитера). Заметим, что все эти варианты из-за неприемлемых в настоящее время энергетических затрат, которые требуются для разгона до необходимой скорости, возможно, будут применены лишь в отдаленной перспективе. А сейчас самый реальный вариант — это удаление РАО на гелиоцентрическую орбиту (на расстояние от Земли в 1,2 а. е., между орбитами Земли и Марса). Можно создать сборочно-эксплуатационный центр на околоземной орбите. Представитель НПО «Энергия» в своем докладе предлагал для вывода с околоземной орбиты на гелиоцентрическую использовать транспортный корабль с ядерной энергетической установкой на быстрых нейтронах.

Большое внимание на конференции привлекли вопросы надежности и безопасности удаления РАО в космос. Выступающие доказывали, что современное развитие космической техники обеспечивает приемлемый уровень риска — в основном за счет высокой надежности капсулы и контейнера с РАО. Выступавшие согласились, что космическая изоляция РАО — это не альтернативный способ, а дополняющий захоронение в геологических формациях. Удалять необходимо лишь самые опасные и долгоживущие изотопы (с периодом полураспада в тысячи и миллионы лет) — нептуний, америций, кюрий, цирконий, технеций и иод, которые составляют меньше 1% от всей массы высокоактивных РАО, полученных в результате деятельности атомных электростанций.

На конференции прозвучало заслуживающее внимания мнение сотрудника Радиевого института Л. Н. Лазарева: не всегда целесообразно тратить средства на изоляцию РАО с перспективой на тысячелетия, намного выгоднее потратить их на прямое лечение пострадавших от радиоактивных воздействий, на научные исследования в медицине и не профилактические мероприятия (все это даст реальный эффект и для настоящего и для ближайших поколений).

Конференция постановила, что космическую изоляцию РАО необходимо проводить в международных рамках.. Во-первых, Россия дает лишь около 10% всех полученных в мире долгоживущих и особо опасных РАО. Во-вторых, одно государство не в состоянии финансировать весь комплекс мероприятий по удалению РАО в космос. И наконец, космодром целесообразнее размещать не на территории России, а как можно ближе к экватору (в связи с энергетическими выгодами вывода на орбиту), например, на островах Гильберта, в Австралии или на плавучей платформе в приэкваториальных водах.

Напомним, что космическая изоляция РАО в России в настоящее время запрещена. Пунктом 3 статьи 50 Закона РСФСР «Об охране окружающей природной среды» от 19 декабря 1991 г. прямо запрещена отправка радиоактивных отходов и материалов в космическое пространство в целях захоронения. Только международный договор может устранить это законодательное препятствие, потому что, согласно ст. 93 упомянутого Закона РСФСР, при несовпадении положений законодательства Российской Федерации и международного договора применяются положения международного договора.

Однако, думая о ближайшей перспективе удаления радиоактивных отходов в космос, нельзя не предвидеть, что со временем они могут стать реальной угрозой для космонавтов и космических аппаратов. Необходимо выяснить, какие могут быть последствия от контакта РАО с находящейся в околоземном пространстве плазмой, а также проанализировать, останутся ли удаленные в космос РАО локализованными или они будут распространяться дальше. Есть и другие вопросы: не слишком ли опасен процесс вывода РАО с поверхности Земли и не окажут ли отходы вредное воздействие на околоземное пространство, планеты и Солнце, наконец, в состоянии ли потоки солнечного ветра вынести на периферию Солнечной системы распыленные РАО. Так что еще до воплощения идеи космической изоляции РАО нужно ясно представлять будущее развитие событий и просчитать возможные последствия этой акции в максимальном количестве вариантов (особенно предельные, или критические ситуации). Нет смысла впадать и в другую крайность и под предлогом опасности последствий требовать запрещения космической изоляции РАО.

МОЖЕТ ЛИ ЗАКОН РЕШИТЬ ПРОБЛЕМУ?

Рассмотрению технико-экономических аспектов проблемы космической изоляции долгоживущих и особо опасных РАО должна предшествовать тщательная проработка ее международно-правовых вопросов. Почти ни в одной стране мира нет законодательно принятой концепции захоронения РАО. В России Закон «О государственной политике в области обращения с радиоактивными отходами» 14 апреля 1993 года принят обеими палатами Верховного Совета Российской Федерации в первом чтении.

Вопросы космической изоляции РАО относятся к международному космическому праву, которое регулируется такими международно-правовыми документами, как Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела (Договор по космосу 1967 г.), Конвенция о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами 1972 г.. Конвенция о регистрации объектов, запускаемых в космическое пространство 1975 г. Статьи I и III Договора по космосу прямо предписывают государствам осуществлять деятельность, связанную с исследованием и использованием космического пространства и небесных тел в соответствии с международным правом, включая Устав ООН.

Действующие международные документы не запрещают мирную ядерную деятельность государств в космосе, не запрещен также вывод в космос объектов с ядерными источниками энергии, радиоактивными веществами или отходами. Однако статья IX Договора по космосу устанавливает два взаимосвязанных обязательства:

— осуществлять деятельность в космическом пространстве с должным учетом соответствующих интересов всех других государств;

— осуществлять изучение и использование космического пространства и небесных тел, чтобы избегать их вредного загрязнения.

В международном праве термин «загрязнение» включает в себя как умышленные, так и непреднамеренные действия, влекущие за собой химическое, биологическое, радиоактивное и прочие виды загрязнения среды в количествах, представляющих опасность для ее естественного равновесия.

Обязательства государств принимать меры для предотвращения вредных для окружающей среды последствий закреплены и в Соглашении о деятельности государств на Луне и других небесных телах от 1979 г. (вступило в силу 11 июля 1984 г.). В п. 1 ст VII Соглашения говорится, что при исследовании и использовании Луны и других небесных тел государства-участники принимают меры для предотвращения нарушений сформировавшегося равновесия их среды при внесении неблагоприятных изменений или вредоносного загрязнения, а также каким-либо иным способом. В связи с последним добавлением под запретом могут оказаться любые действия, способные вызвать такие последствия.

В последние годы сформировался новый принцип международного права — принцип непричинения ущерб, окружающей среде. Он закреплен в ряде международных природоохранных соглашений, а также в разделе 5 Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (1975 г.) и в Хартии экономических прав и обязанностей государств. Но полнее всего он сформулирован в качестве одного из принципа XXI Стокгольмской декларации об окружающей среде от 1972 г.: государства несут ответственность за обеспечение того, чтобы деятельность в рамках их юрисдикции или контроля не наносила ущерба окружающей среде других государств или районов за пределами действия национальной юрисдикции.

И ВСЕ-ТАКИ МОЖНО ИЛИ НЕЛЬЗЯ!

С проблемой космической изоляции РАО кроме международного космического права связаны и вопросы международного атомного права. Но эти вопросы урегулированы еще меньше. Международно-правового регулирования обращения с РАО практически не существует (нет международной конвенции). В решение этой проблемы определенный вклад вносит МАГАТЭ (Международное агентство по атомной энергии), которое разработало ряд рекомендательных норм по разным аспектам обращения с РАО. Один из примеров — одобренный в сентябре 1990 г. Генеральной конференцией МАГАТЭ Кодекс практики по международному трансграничному перемещению радиоактивных отходов. Он предписывает, что перемещение РАО осуществляется только в том случае, если получены разрешения от всех участвующих в нем государств — с заблаговременным извещением и с согласия отправляющего, получающего и транзитного государства.

Многие проблемы, связанные с использованием космоса, решаются в национальном законодательстве отдельных стран, таких как США, Великобритания, Швеция. Больше всего развито космическое законодательство в США, оно состоит из более 50 различных актов, Например, Закон 1984 г. о коммерческих космических запусках регулирует осуществление частными предприятиями космических запусков и устанавливает порядок и процедуру выдачи лицензий на ведение такой деятельности. По этому закону получение лицензии требуется для осуществления запуска ракетоносителя или действия пусковой установки. Закон предоставляет право Министерству транспорта США принимать меры, запрещающие вывод в космос грузов, которые могут причинить вред здоровью и безопасности населения, собственности, национальным интересам и внешней политике США. Особая лицензионная процедура установлена и Законом США о политике в области ядерных отходов, действующим с 1982 г.

Ни Договор по космосу 1967 г., ни Конвенция об ответственности 1972 г. не содержат требования предоставить страховое покрытие ответственности за ущерб, который может причинить космическая деятельность государства. Вопрос этот отнесен к компетенции государств. В соответствии с национальным законодательством США и Великобритании, условие о страховании на случай причинения ущерба третьим сторонам — необходимый элемент лицензий на допуск к космической деятельности частных компаний. Развитие космического страхования требует создания новых форм страховых фондов — транснациональных пулов (общих фондов) космического страхования, совместного страхования (в этом случае риск берут на себя страховщик, собственник космического аппарата, а также его производитель и эксплуатант).

В настоящее время в правовых вопросах нет однозначной позиции в отношении космического удаления РАО: нет ни запрета этой деятельности, ни ее регламентации. Поэтому расширение масштабов деятельности в космосе требует дальнейшего правового регулирования, особенно по проблемам охраны космической среды. Подобную регламентацию можно осуществить как внесением дополнений в уже действующие международно-правовые документы, так и принятием нового документа, касающегося проблем космического удаления РАО. Участвовать в этом должны Международное агентство по атомной энергии и международные организации по проблемам космоса (например, Комитет по использованию космического пространства в мирных целях Генеральной ассамблеи ООН или Европейское космическое агентство). Необходимо, конечно, регулирование этих вопросов и на национальном уровне. Но оно не должно быть таким, какое сейчас принято в России: запрещение любого удаления РАО в космос. Нужен более реальный подход с соответствующей проработкой всех аспектов проблемы выноса РАО в космос.

В заключение подчеркнем, что идея удаления РАО в космическое пространство вне всяких сомнений имеет право на жизнь. Но ее реализация возможна только на международном уровне и требует прежде всего решения правовых проблем.

Наш собеседник — консультант комитета по экологии Государственной Думы РФ Е.К.Нестеров. Он физик по образованию и является, пожалуй, самым авторитетным сотрудником этого комитета по федеральным законопроектам, связанным в той или иной степени с использованием атомной энергии. Евгений Константинович принимал и принимает самое непосредственное участие в подготовке Закона «Об обращении с радиоактивными отходами», поэтому именно к нему были обращены накопившиеся в ходе журналистского расследования вопросы.

РАДИОАКТИВНЫЕ ОТХОДЫ — ПОД ЗАКОН

— Евгений Константинович, Закон «Об обращении с радиоактивными отходами» очень нужен, но почему он до сих пор не принят?

— Собственно, еще в 1990 году съезд народных депутатов РСФСР в принятом постановлении охарактеризовал проблему обращения с радиоактивными отходами, как проблему особой государственной важности. К работе над соответствующим законом были привлечены ведущие специалисты страны от всех заинтересованных ведомств. Подготовленный проект Закона о государственной политике в области обращения с радиоактивными отходами в апреле 1993 года был принят обеими палатами Верховного Совета в первом чтении. Однако события октября 1993 года сказались и на ходе его дальнейшего рассмотрения. Ведь вскоре была принята и начала действовать новая Конституция Российской Федерации.

С началом функционирования Государственной Думы был дан новый импульс интенсификации процесса подготовки Закона, учитывая его крайнюю актуальность. В июле 1995 года он был принят Государственной Думой, а в августе того же года одобрен Советом Федерации и направлен на утверждение Президенту РФ. Голосование по данному закону в обеих палатах Федерального Собрания проводилось несколько раз. Однако Президент дважды накладывал вето и сейчас работает согласительная комиссия по доработке закона.

— На чем основывается концепция данного закона?

— Она строится на том, что обращение с радиоактивными отходами — это важнейший элемент атомной энергетики. Исходя из этого, в законе используются нормы, которые не позволяют запускать производство до того, как предприятие не продемонстрирует и не подтвердит соответствующими документами, что у него есть возможность дальнейшего обращения с полученными радиоактивными отходами, то есть имеется и финансовое обеспечение, и договор со специализированной организацией на приемку отходов. Главное в том, что по Закону сфера обращения с радиоактивными отходами отделяется от пользователя атомной энергии. Поэтому предусматривается создать федеральный орган исполнительный власти и соответствующие территориальные подразделения в субъектах Федерации, призванные осуществлять управление в области обращения с радиоактивными отходами.

— А как относится к этому Минатом? Наверное, категорически против?

— Да, со стороны этого министерства проявляется стремление сохранить монополизм в атомной отрасли. Поэтому его представители первоначально очень резко выступали и в какой-то степени еще продолжают выступать против создания независимого федерального органа по разработке и реализации государственной политики в области обращения с радиоактивными отходами, несмотря на положительный в этом плане опыт ряда зарубежных стран. Кроме того, со стороны оппонентов высказывается ряд сомнений в возможности практического осуществления отдельных положений закона, учитывая финансовые трудности в стране, хотя сами положения критике не подвергаются, поскольку они являются экологически оправданными и соответствуют международным рекомендациям.

— Значит, приближается время, когда атомные центры, включая наш Димитровградский НИИАР, наконец-то будут платить за радиоактивное загрязнение окружающей среды?

— Да, в большинстве западных стран, которые занимаются использованием атомной энергии, эта система оплаты приведена в действие давно. Она поставлена на законодательную основу. Ведь первые законы об использовании атомной энергии в западных странах появились в конце 50-х годов. И вопрос об обращении с радиоактивными отходами был выдвинут на первое место. Тем самым там как бы застолбили основые принципы в атомном законодательстве.

У нас же предприятия атомной промышленности ориентировались главным образом на продукцию. Отсюда мы с вами получили небезопасные технологии в самой сфере использования атомной энергии. Достаточно вспомнить катастофы, которые происходили на «Маяке» под Челябинском, в Томске-7 и в других местах. На том же «Маяке» радиоактивные отходы сливали на поверхность земли, в реку Течь, создавали водоемы. На наш взгляд, я имею ввиду экологов, совершенно безрассудно также закачивать жидкие радиоактивные отходы в недра.

— Вот и в Димитровградском НИИАРе, кроме хранилища для твердых РАО, имеется еще полигон для закачки жидких радиоактивных отходов в подземные водоносные пласты. Собранные мною сведения доказывают, что этот объект представляет огромную угрозу и окружающей природной среде, и населению. Нам нужно во чтобы то ни стало воспрепятствовать продолжению этой опасной политики Минатома.

— Согласно Конституции РФ ядерная энергетика находится в ведении федеральных органов государственной власти. Однако вопросы охраны окружающей среды, владения, пользования и распоряжения землей, недрами, водными и природными ресурсами отнесены к совместному ведению Федерации и ее субъектов. Поэтому Закон взаимоувязывает права и обязанности тех субъектов Федерации, на территории которых расположены атомные объекты в соответствии с конституционным статусом.

Особая роль отводится органам местного самоуправления. По нашему Закону предусматривается очень мастабное подключение граждан и общественных организаций к самому процессу, о котором мы говорим. Граждане по этому Закону имеют механизм воздействия на процесс, включая землеотвод, предварительное обсуждение проектов мест хранения, захоронения и транспортировки радиоактивных отходов и так далее. Прописаны также очень важные полномочия субъектов Федерации и органов местного самоуправления. Фактически центру по этому Закону будет очень трудно решать вопрос с размещением радиоактивных отходов, если он не обеспечит полную гарантию их безопасности для региона.

— И все-таки меня, как и многих жителей Среднего Поволжья, особенно волнует полигон НИИАР. Как запретить его дальнейшую эксплуатацию?

— Для ответа давайте обратимся к разделу Закона, посвященного основам государственной технической политики в области обращения с радиоактивными отходами. Это статья 25. В частности, в ней предусмотрено запрещение удаления на поверхность земли, в естественные и искусственные водные объекты радиоактивных отходов в любом виде. Отдельным пунктом этой статьи прописан запрет на захоронение среднеактивных и высокоактивных отходов в жидком виде.

Хотя Президент в своем вето не выразил несогласия с запрещением закачки ЖРО в недра, но позиция Правительства, Минатома и, к сожалению, Минприроды такова, что они в принципе не против таких запретов, но этот вопрос не должен прописываться в законе, что он является частным вопросом технической политики и его должны решать органы исполнительной власти. То есть захоронение жидких радиоактивных отходов выдается за частный вопрос.

— Но продолжение закачки жидких радиоактивных отходов в недра может привести к гибели людей. Выдавать же действующие полигоны в трех атомных центрах России — Красноярске-26, Томске-7 и Димитровграде за сверхнадежные и безопасные — значит продолжать обманывать общество. Ведь когда в этих местах строились атомные центры, ни о какой закачке даже не помышлялось.

— Вы очень хороший аргумент привели. Действительно, как-то странно получается: сначала думали только о развертывании производства в этих местах. А когда встал вопрос о том, куда девать жидкие радиоактивные отходы, то вдруг рядом в недрах нашлись и подходящие пласты для закачки. Возможно, сейчас это безопасно, а в дальнейшей перспективе? Ведь жидкие радиоактивные отходы помещены туда навечно. А что с ними будет через сотни и тысячи лет? Могут сказаться и трещиноватость, и неустойчивость земной коры, и так далее. Это очень серьезный вопрос и вокруг него, мне кажется, будет принципиальный спор при доработке Закона.

Когда шла беседа с Е.К.Нестеровым, к нему в кабинет прибыл представитель Госатомнадзора России, начальник отдела научно-технического центра по ядерной и радиационной безопасности Р.Б.Шарафутдинов. Рашид Борисович выполняет роль своего рода связующего звена между Минатомом и рабочей группой по подготовке Закона «Об обращении с радиоактивными отходами», в состав которой он входит. Пользуясь его присутствием , удалось выяснить позицию атомного ведомства. Как я понял из пояснений, Министерство атомной энергии действительно вопрос о запрещении закачки ЖРО пытается перевести в разряд частных и не прописывать его в Законе. Проще говоря, мол, по каждому полигону Минатом вместе с соответствующими ведомствами будет разбираться индивидуально и только после этого будет выдаваться лицензия.

Тогда мне пришлось поведать своим собеседникам о том, как выдавалась лицензия на димитровградский полигон, какие подтасовки были при этом совершены (о некоторых фактах, собранных в ходе журналистского расследования, рассказывается в данном номере бюллетеня «Гражданская инициатива»).

В заключении беседы Е.К.Нестеров сказал:

— Вы подняли серьезнейшие проблемы. Очень важно, как у нас здесь говорят, что мы услышали о них от представителя с места. Это свидетельствует о том, что начинает работать гражданское общество, когда сам гражданин с помощью предоставленных ему Конституцией полномочий пытается подтолкнуть государственные органы решать его проблемы. А в данном случае эти проблемы напрямую связаны с защитой прав жителей всего региона.

В приведенном вами примере с получением лицензии на продление сроков эксплуатации полигона и лицензии НИИАРу на водоснабжение населения я вижу вопиющее нарушение законодательства. Отчего это происходит? С одной стороны, конечно же, действуют субъективные факторы. Когда вопрос в общем виде на верху не решен, когда нет Закона об обращении с радиоактивными отходами, то есть возможность слукавить и в конце концов уйти от решения проблемы. С другой стороны, состоявшийся разговор еще раз убеждает, что Федеральный Закон «Об обращении с радиоактивными отходами» очень нужен и обществу, и России в целом.

Южная Осетия какая она есть, была и могла бы быть

Ядерные отходы и отходы от Закона.

Ядерные отходы! О них заговорили ровно месяц назад. Вопрос подняли на заседании Парламента, был даже скандал небольшой — в первой редакции заметки об этом заседании, вместо слова «запрещается», было написано «возможность» по поводу «пользования недрами для захоронения радиоактивных, токсичных и иных опасных отходов, ввозимых из-за пределов Республики Южная Осетия».

Опечатку быстро исправили, но было понятно, что этот вопрос не закрыт, и к нему еще вернутся. На Парламенстком сайте, в той же заметке, было напечатано что, «После обсуждения законопроект был принят большинством голосов». Такие законы должны приниматься единогласно, и естественно возникал вопрос — что и кому не нравилось? Как мне кажется, не проголосовавшие «за», были недовольны мягкостью эакона.

И Инициатором на это раз выступила уже администрация президента, ее государственно-правововой отдел. Там посчитали что данная парламентом формулировка закона, в принципе допускает, предполагает, ввоз ядерного «дерьма», но вот уже хоронить его запрещает. На самом деле, если ты запрещаешь что-то, с чем-то делать, то ты это делаешь потому что, допускаешь, что это что-то, может попасть на твою территорию. Если попадание, ввоз невозможен, то и о захоронениях не имеет смысла говорить. Мы же не издаем закон о том, что проведение учений грузинской армии, на территории РЮО запрещено.

А главное что, запрет на ввоз опасных отходов в Республику Южная Осетия в целях их захоронения и обезвреживания установлен и Законом РЮО «Об отходах производства и потребления» от 18 декабря 2013 года.

Особо радует во вчерашнем Комментарий Государственно-правового управления Администрации Президента РЮО то что в конце там сказано:

Учитывая. реакцию общественности республики на принятый Закон, выразившуюся в многочисленных публикациях и комментариях интернет-сообщества, Президентом Южной Осетии было предложено исключить абзац, допускающий ввоз в республику радиоактивных, токсичных и иных опасных отходов».

Значит, что там бы не говорили некоторые ораторы, «наверху», всё таки, прислушиваются к мнению народа, к общественности, к блогерам и социально-сетистам, к людям в общем.

Хотелось бы, что бы это был, надгробный крест, над захоронением обсуждений вопроса, о ввозе ядерных отходов.

Ядерные отходы в России будет утилизировать национальный оператор

Госдума приняла в третьем чтении закон «Об обращении с радиоактивными отходами». В законе предусматривается формирование современной национальной системы, которая будет контролировать переработку этих отходов. Подробнее о нем в эфире «России-24» рассказал заместитель генерального директора Института проблем безопасного развития атомной энергетики РАН Игорь Линге.

«Мы на протяжении многих десятилетий в ядерной сфере развивались в режиме так называемых отложенных проблем, – отметил он. – Какие-то стадии работ мы откладывали и говорили: мы это сделаем позже». В европейских странах, по словам ученого, на предприятия сразу накладывались обязательства по утилизации радиоактивных отходов, поэтому там нет проблемы их накопления. У нас для ее решения потребовался новый закон.

«В одной из первых статей законопроекта была такая формулировка: он не распространяется на отработанное ядерное топливо. Отходы – это материалы, которые никому никогда не понадобятся. Они обладают вредными свойствами, и от них нужно избавляться», – пояснил Линге. Отработанное же топливо – материал не до конца использованный. Ядерные материалы можно извлечь из этого топлива и снова запустить в цикл. По его словам, остается лишь небольшая часть радиоактивных отходов, которая должна изолироваться и захораниваться.

80-90 процентов отходов, из тех 550 миллионов тонн, которые есть сегодня в России – это наследство советской ядерной программы и гонки вооружений. Обычная атомная энергетика, по словам Игоря Линге, выдает небольшое количество отходов, оно измеряется десятками кубометров с одной АЭС в год. Большая часть этого «наследия прошлого» – низкоактивные отходы, высокоактивных отходов на порядки меньше. Они находятся в надежных хранилищах с несколькими степенями защиты, заверил ученый.

Как будут утилизироваться эти отходы? Законопроектом предусмотрено, что утилизация будет происходить так, как происходит во всем мире: низкоактивные отходы будут подвергаться приповерхностному захоронению. А высокоактивные отходы будут закапывать метров на 450-500. «Это такая геологическая среда, которая полностью обеспечивает безопасность. И там отходы не закапываются, они очень аккуратно размещаются в специальных контейнерах, создаются дополнительные барьеры», – рассказал он.

Утилизация отходов состоит из двух этапов. Сначала их нужно должным образом «упаковать», и только потом разместить в хранилищах. Ответственность за первый этап закон накладывает на предприятия, где отходы образовались. «Они могут привлекать кого-то в помощь, но это их обязанность – не просто сложить отходы у себя в хранилище, как было раньше, а привести их в состояние, пригодное для захоронения, и оплатить это захоронение», – отметил Линге.

Само захоронение будет осуществлять новая организация – национальный оператор. Эта организация построит новые пункты захоронения и возьмет под свой контроль уже имеющиеся полигоны.

С момента официального принятия Федерального закона «Об обращении с радиоактивными отходами» прошло пять с половиной лет. С одной стороны, прогресс явно есть – была проведена инвентаризация пунктов хранения РАО, создана отдельная структура, ответственная за обращение с отходами, выбраны возможные территории для размещения пунктов захоронения РАО. Но в то же время остается множество нерешенных проблем.

Credit: atomic-energy.ru

Статья подготовлена специально для 66 номера издаваемого «Беллоной» журнала «Экология и право».

Остаются вопросы – например, что делать с источниками ионизирующего излучения и особыми РАО, каким способом производить захоронение, и главное – как решить эти вопросы, согласуясь с общественностью.

Напомним, что основная идея закона «Об обращении с радиоактивными отходами» (далее – Закон) заключается в том, чтобы создать единую государственную систему в области обращения с РАО – ЕГС РАО. Это позволит перестать просто накапливать радиоактивные отходы и начать реализацию долгосрочной стратегии по реальному решению проблемы.

Специалисты и общественники оценивают Закон по-разному. Одни полагают, что он неплохой, и реализация основных его положений идет успешно. Другие считают, что Закон изначально имел множество пробелов, которые стали причиной отсутствия видимого продвижения в решении вопросов обращения с РАО, особенно вопроса захоронения. Практика показала, что Закон действительно имеет ряд существенных недостатков, хотя многие из них предсказать заранее было сложно, они проявились только сейчас, спустя пять лет.

Торопились захоронить

Закон изначально получился несколько «однобоким». Создается впечатление, что авторы хотели сосредоточиться в основном на одном из этапов обращения с РАО – захоронении. В результате многие вопросы, которые касаются накопления, временного хранения, транспортировки, переработки и т. д., остались недостаточно отрегулированы.

Например, одним из основных положений Закона является создание единой государственной системы обращения с радиоактивными отходами (ЕГС РАО). По результатам первичной регистрации на сегодняшний день на территории России имеется 809 пунктов хранения РАО, которые принадлежат различным собственникам, начиная с крупных федеральных предприятий и заканчивая мелкими организациями. Это без учета тех мест, которые не имеют собственников или по каким-то причинам не выявлены.

Последний этап при создании ЕГС РАО – это строительство пунктов захоронения радиоактивных отходов (ПЗРО) и перемещение в них всех имеющихся на территории России РАО. Поскольку Закон четко не определил, как должен работать механизм перемещения (передачи) РАО национальному оператору для последующего их размещения в ПЗРО, то система практически не работает.

Национальный оператор ждет, пока ему доставят РАО, а собственник не готов отправить РАО, поскольку не решены промежуточные вопросы, в том числе технические, логистические и финансовые. В итоге за пять с половиной лет национальный оператор не разместил в ПЗРО практически никаких РАО, за исключением жидких, которые закачивают в ранее созданные ПЗРО ЖРО. Более того, за это время не построено ни одного нового ПЗРО для твердых РАО, реконструировано лишь ранее построенное хранилище в Новоуральске, которое переведено в пункты захоронения. То есть можно констатировать, что система ЕГС РАО пока не заработала.

Неудачный термин

Общественность отрицательно восприняла термин «захоронение». Например, в Красноярском крае, где собираются строить подземную лабораторию для изучения возможности захоронения РАО, местные жители и общественные активисты с 2015 года активно подписывают петиции против строительства, как они считают, могильника. Это же слово используют и активисты из Соснового Бора Ленинградской области, протестующие против строительства ПЗРО при Ленинградской АЭС.

Пункты захоронения РАО в сознании общественности ассоциируются с могильниками, т. е. местами, где РАО закопают, бросят и забудут. Несмотря на то, что в Законе под «захоронением» понимается размещение РАО в ПЗРО для контролируемого хранения с использованием систем и возможностей мониторинга до того момента, пока РАО не перестанет представлять опасность, общественность понимает и воспринимает этот термин по-своему.

Таким образом, было бы разумней, если бы авторы Закона использовали термин «долговременное хранение» или законодательно установили «обратимость» захоронения РАО, т. е. обязали заказчиков и проектантов предусматривать возможность, если возникнет необходимость, извлекать РАО из ПЗРО и перезахоранивать его.

Следует подчеркнуть, что в Законе ничего не говорится о том, что «захоронение РАО» означает невозможность их извлечения при необходимости. И это следует понимать так, что если произойдет форс-мажорная ситуация (землетрясение, угроза затопления, внезапное нарушение оболочек безопасности и пр.), то РАО можно будет выгрузить из ПЗРО и перевести в безопасное состояние – разместить в другом месте, переукомплектовать и т. д. Но такие сложные объяснения не всегда правильно понимаются общественностью.

В целом Закон, а затем и подзаконные акты ввели «тяжелый» понятийный аппарат, который трудно воспринимается не только в общественных кругах, но и в среде специалистов. Правительство РФ своим Постановлением №1069 от 2012 года «измельчило» классификацию РАО, поделив их на шесть классов. Если к этим шести классам добавить еще внеклассовые «особые РАО», «удаляемые РАО», «накопленные РАО», «ОНАО», «ОИИ», которые фигурируют в Законе, то это еще более затрудняет понимание проблемы в обществе и среди специалистов, что, в свою очередь, усиливает подозрение, недоверие, недопонимание и т. д.

То же касается и пунктов размещения РАО – их в Законе семь категорий. Такая обширная категоризация хранилищ также вызывает недопонимание относительно отличий между ними и сомнение в необходимости такой бюрократизации.

Чужие отходы

Другим будоражащим общественность законодательным положением являются нормы ст. 31 Закона «Особенности ввоза в РФ и вывоза из РФ радиоактивных отходов». Здесь беспокойство касается ввоза РАО на территорию России. Несмотря на то, что в ч. 1 ст. 31 сказано, что «ввоз в РФ РАО в целях их хранения, переработки и захоронения запрещен…», сомнения вызываются окончанием этой статьи: «…за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей». И далее, ч. 4 ст. 31 разрешает возврат в РФ отработавших источников ионизирующего излучения (ОИИИ), произведенных в РФ, в том числе для их переработки и захоронения.

Конечно, возможно, что какая-то компания (чаще всего здесь ссылаются на комплекс по переработке и утилизации радиоактивных металлических отходов «ЭКОМЕТ-С» в Сосновом Бору) хотела бы ввозить РАО из-за рубежа или даже ведет переговоры об этом. Но такое действие будет являться уголовным преступлением, предусмотренным ст. 220 УК РФ («Незаконное обращение с ядерными материалами или радиоактивными веществами»).

В губе Андреева (Мурманская область) начались работы по выгрузке отработавшего ядерного топлива атомных подводных лодок. Отправка ОЯТ из губы Андреева для дальнейшей переработки намечена на конец июня 2017 года. Credit: РосРАО

Ваше мнение не очень важно

Существенным недостатком Закона является то, что в нем не закреплена процедура общественного участия на разных стадиях обращения с РАО. Постоянно возникает проблема невозможности осуществления общественного контроля за проектами ПЗРО, в первую очередь – в вопросе о выборе места строительства ПЗРО.

Также все решения, включая захоронение высокоактивных РАО 1-го и 2-го классов, представляющих особую опасность для людей и окружающей среды, принимаются без обсуждения и участия представительных органов власти, специально созданных комиссий парламента РФ и законодательных собраний регионов. Это происходтит из-за того, что в Законе и постановлении Правительства РФ не проведены различия между РАО 1-го и 2-го классов и остальными РАО в части процедур в ходе принятия решений по обращению с РАО.

В этом же ряду находится проблема обращения с особыми РАО. Согласно Закону к особым РАО относятся те отходы, для которых риски, а также затраты, связанные с извлечением их из пункта хранения и последующим обращением с ними, превышают риски и затраты, связанные с захоронением таких отходов в месте их нахождения. Порядок отнесения РАО к категории «особых» установлен Постановлением Правительства РФ от 19.10.2012 № 1069. Сегодня это постановление проходит существенную корректировку – уточнение источников образования РАО и их текущего местоположения (пункта хранения). Примерно 172 пункта хранения РАО переведены в категорию «пункт размещения и консервации особых РАО». Это 83 объекта, на которых в период с 1965 по 1988 год были проведены мирные ядерные взрывы, а также 8 водоемов-хранилищ ЖРО на ФГУП «ПО «Маяк» (4 озера, в том числе озеро Карачай, и 4 искусственных водоема в составе Теченского каскада водоемов). В ближайшее время начнется работа по переводу пунктов размещения и консервации особых РАО в пункты захоронения. Еще по 89 пунктам размещения РАО решение отложено, т. е. по сути никакого решения нет.

Главная проблема, связанная с особыми РАО, в том, что в процедуре принятия решения об отнесении РАО к категории «особых» не предусмотрено участие общественности. Жителей зачастую ставят перед фактом, как это происходит, например, в Кирово-Чепецке, когда в результате выполнения процедуры отнесения радиоактивных отходов к категории «особых» находящееся вблизи мест проживания людей хранилище отходов в перспективе превращается в пункт захоронения РАО.

И другие проблемы

В Законе необходимо было бы предусмотреть условия, разумно ограничивающие перемещение РАО на территории России. Это, во-первых, сняло бы вопрос у населения о том, что все страны свезут свои РАО именно к ним, а во-вторых, ограничило бы неразумные экономические затраты, что наблюдается сейчас. Например, РАО из Мурманска перемещаются на ФГУП «Радон» под Москву, в то время как в пятидесяти километрах от Мурманска, в губе Сайда, имеется такая же площадка для кондиционирования и временного хранения РАО.

Закон совсем не затрагивает вопрос компенсаций, которые хотели бы получать территории, населенные пункты и граждане за риски, возникающие при обращении с РАО. Возможно, этот вопрос не является предметом рассмотрения в данном Законе, но, к сожалению, и другими российскими законами и нормативными документами такие компенсации не предусматриваются. В то время как международная практика говорит о том, что вопросы строительства новых радиационно-опасных объектов решаются намного легче, если есть возможность компенсировать риски.

Абсолютно согласованно общественность выступает против захоронения (закачки) ЖРО в недра – так называемые геологические горизонты. В Законе определено, что «захоронение жидких НАО и САО в недрах в пределах горного отвода, в границах которого такие ЖРО должны быть локализованы, допускается исключительно в пунктах глубинного захоронения РАО, сооруженных и эксплуатируемых на день вступления в силу настоящего Закона». Таких пунктов глубинного захоронения в России три – в районах ГХК, СХК и НИИ атомных реакторов (НИИАР) в Димитровграде. По мнению экологов, закачка РАО в недра является нарушением ч. 5 ст. 56 Водного кодекса РФ.

Совершенно нет ясности в вопросе обращения с отработавшими источниками ионизирующего излучения, которых в настоящее время в хранилищах на территории РФ находится около 2,5 млн различного назначения и радионуклидного состава. В основном они размещены в бывших хранилищах региональных специализированных комбинатов «Радон». Процесс подготовки ОИИИ к передаче национальному оператору по обращению с РАО будет непростым. Трудности возникнут из-за того, что источники накапливались десятилетиями, и способы их хранения на бывших предприятиях «Радон» были разные. Процедура передачи ОИИИ национальному оператору в настоящее время не разработана, т. е. вся работа по разработке современных требований по захоронению ОИИИ еще впереди.

Конечно, кроме недостатков, в самом Законе есть и другие положения, по причине которых процесс создания ЕГС РАО продвигается очень медленно. Реализация Закона сильно зависит от работы тех структур, которые за это отвечают, – национального оператора по обращению с РАО (НО РАО) и ФГУП РосРАО. Как и любая российская государственная компания, они отягощены бюрократической системой принятия решений. Из-за нее срок согласований документов и процедур с момента разработки декларации о намерениях до момента получения лицензии на строительство приповерхностного ПЗРО для РАО 3-4 классов растягивается до пяти лет. Срок строительства такого ПЗРО с момента начала подготовительного периода до подписания акта по вводу в эксплуатацию может растянуться на шесть лет.

В заключение

Несомненно, что принятие Закона было важным и необходимым шагом для решения проблем накопленных ранее и нарабатываемых сегодня РАО. Но с позиции сегодняшнего дня видно, что одного этого шага оказалось недостаточно.

Закон изначально имеет свои минусы, в результате которых возникают сложности и препятствия для решения главных проблем с РАО. Принимать новый или править уже имеющийся Закон в рамках существующей бюрократической процедуры сложно и долго. Поэтому целесо­образнее всего было бы корректировать недостатки Закона с помощью подзаконных актов и принятия ведомствами таких решений, которые бы не противоречили, а дополняли или корректировали имеющиеся в Законе положения.

Бюрократическую систему согласований, которая значительно влияет на динамику решения проблем с РАО, изменить практически невозможно. К тому же и у общественности есть мнение, что некоторые вопросы (например, захоронение РАО 1-го и 2-го классов) должны обсуждаться долго и обстоятельно, на всех уровнях, с привлечением независимых экспертов, и только после этого можно будет принимать какие-то решения. Это разумно, но должно касаться только высокоопасных отходов. С решением проблем остальных РАО необходимо продвигаться быстрее и эффективнее.

Принципы обращения с РАО, закрепленные в Законе:

  1. Все РАО (как накопленные, так и вновь образующиеся) обязательно должны быть захоронены. При этом, исходя из буквы закона, захоронение РАО означает его безопасное размещение в пунктах захоронения.
  2. Создана уполномоченная организация (национальный оператор по обращению с РАО) для осуществления деятельности по захоронению РАО.
  3. Закреплен принцип «производитель РАО платит». Однако радиоактивные отходы, которые были образованы до принятия Закона, будут переводиться в безопасное состояние за счет средств государственного бюджета.
  4. Введены новые понятия, касающиеся области обращения с РАО, новые категории и критерии классификации РАО.
  5. Определены полномочия органов власти в области обращения с РАО.
  6. Определен перечень возможных собственников РАО и пунктов их хранения.
  7. Введен прямой запрет на ввоз РАО в РФ из других стран в целях их хранения, переработки и захоронения.
  8. Введен запрет на создание новых пунктов глубинного захоронения жидких РАО.

Как и отработавшее ядерное топливо, радиоактивные отходы неотступно сопровождают функционирование атомной отрасли. Принятый в июле 2011 года закон о РАО стал попыткой навести порядок в организации обращения с ними. Многое в новом законе пока остается не совсем понятным. Как Россия будет справляться с новыми отходами, ежедневно нарабатываемыми десятками предприятий ГК «Росатом», и с уже накопленным грузом в полмиллиарда кубометров РАО?

Credit: General Physics Laboratory (GPL)

Статья подготовлена специально для 57 номера издаваемого «Беллоной» журнала «Экология и право».

Вектор задан

После принятия Федерального закона № 190-ФЗ «Об обращении с радиоактивными отходами и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» прошло без малого четыре года, но вопросы о том, как закон и закрепленная им система обращения с РАО должны работать, все еще остаются.

Основная идея закона заключается в том, чтобы в области обращения с ними создать единую государственную систему – ЕГС РАО – и таким образом выйти из режима накопления и перейти в режим решения проблем в этой области.

Закон закрепил несколько основополагающих норм, с помощью которых создается ЕГС РАО, а также решаются вопросы безопасности:

– все РАО (как накопленные, так и вновь образующиеся) обязательно должны быть захоронены. Следует пояснить, что исходя из буквы закона, захоронение РАО означает его безопасное размещение в пунктах захоронения (ПЗРО);

– создана уполномоченная организация – Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами (НО РАО) – для осуществления деятельности по захоронению РАО;

– закреплен принцип «производитель платит», согласно которому затраты на обращение с РАО покрываются самим наработчиком отходов. При этом радиоактивные отходы, которые были образованы до принятия закона, будут переводиться в безопасное состояние за счет средств государственного бюджета;

– введены новые понятия, касающиеся области обращения с РАО, новые категории и критерии классификации РАО по типам, составам и уровням активности;

– определены полномочия органов власти в области обращения с РАО;

– определен перечень возможных собственников РАО и пунктов хранения РАО;

– введен прямой запрет на ввоз РАО в Российскую Федерацию в целях их хранения, переработки и захоронения;

– введен запрет на создание новых пунктов глубинного захоронения жидких РАО (ПГЗ ЖРО).

Одним словом, закон определил вектор стратегического движения в отношении решения проблем и вопросов в области обращения с радиоактивными отходами.

За время, прошедшее после принятия закона, произошли события, по которым можно делать предварительные оценки того, насколько успешно начала функционировать эта система.

Согласно постановлению Правительства от 19 ноября 2012 года № 1185 ЕГС РАО должна быть создана в три этапа. Первый включает различную подготовительную и организационную работу, в том числе – разработку нормативных документов и порядка передачи РАО на захоронение, а также учет накопленных РАО и предприятий – собственников и наработчиков РАО. На втором (до 2018 года) и третьем (до 2021 года) этапах должны быть поочередно спроектированы и введены в эксплуатацию пункты захоронения РАО различных категорий и уровней активности.

1 января 2015 года завершился первый этап, на котором были выполнены следующие важные для создания ЕГС РАО проекты и программы:

1) Национальный оператор определился с основными местами, где планируется разместить ПЗРО. Это решение не окончательное, но дает общую картинку о планах строительства ПЗРО на ближайшее десятилетие. Проекты площадок выбирались исходя в основном из следующих условий:

– наличие данных об архивных исследованиях о геологии и других природных условиях;

– количество РАО в районе предполагаемого строительства ПЗРО;

– общественная приемлемость размещения ПЗРО.

2) В декабре 2014 года была завершена работа по первичной регистрации РАО, которая выполнялась в соответствии с постановлением Правительства от 25 июля 2012 года № 767. В процессе первичной регистрации необходимо было выявить существующее количество РАО и установить, в каких условиях они размещаются на сегодняшний день. В результате по итогам регистрации выявлено около 816 пунктов размещения РАО на территории России. (Общий объем накопленных РАО до принятия закона о РАО в 2011 году оценивался в более 510 млн м3.)

Под пунктами размещения РАО понимаются пункты временного и долговременного хранения, пункты размещения и консервации особых РАО, а также пункты их захоронения. На конец 2014 года только три пункта размещения РАО были классифицированы как пункты глубинного захоронения ЖРО (и переданы в ведение НО РАО). Это объекты в Железногорске, Северске и Димитровграде. Примерно в восьмидесяти пунктах размещения (10%) радиоактивные отходы будут отнесены к категории «особых» РАО, или по ним будет принято отложенное решение.

Пункты захоронения РАО – это объекты, где планируется разместить радиоактивные отходы определенных классов для их долговременной безопасной изоляции без намерения их оттуда извлекать, если не возникнет форс-мажорных обстоятельств или другой необходимости. Безопасность размещения РАО в ПЗРО должна гарантироваться надежностью барьеров, созданных природными условиями, и применением наилучших доступных на сегодняшний день технологий.

Результаты первичной регистрации РАО позволят на последующих этапах создания ЕГС РАО спланировать, сколько ПЗРО и какой вместимости потребуется для того, чтобы захоронить накопленные РАО. Кроме этого, станет понятно, какие пункты хранения накопленных радиоактивных отходов необходимо будет выводить из эксплуатации, и сколько для этого потребуется комплексов их переработки. И, наконец, можно будет начать работу по переводу пунктов размещения особых РАО в пункты консервации, а затем в ПЗРО.

Особый вопрос про особые отходы

Следует заметить, что вокруг вопроса об особых РАО не затихают дискуссии. Основная проблема, связанная с особыми РАО, лежит в плоскости процедуры принятия решения о том, что те или иные РАО должны быть классифицированы как особые. Общественность не согласна с тем, что для нее фактически нет места в этом процессе, и что зачастую в результате принятого без обсуждения с гражданами решения отнести радиоактивные отходы к особым хранилище отходов, которое находится вблизи мест их проживания, превращается в ПЗРО. Общественность просто ставят перед свершившимся фактом.

Согласно закону о РАО к особым РАО относятся те отходы, для которых риски, а также затраты, связанные с их извлечением из пункта хранения и последующим обращением с ними, превышают риски и затраты, связанные с захоронением таких отходов в месте их нахождения. Порядок отнесения РАО к особым определен постановлением Правительства РФ от 19 октября 2012 года № 1069. Однако на сегодняшний день это постановление проходит существенную корректировку в части источника образования РАО и их текущего местоположения (пункта хранения). Для специалистов вопрос отнесения РАО к особым все еще не является окончательно решенным и закрытым. На территории России имеется множество мест, где находятся РАО, относительно которых принято «отложенное решение», – что означает, по сути, что никакого решения не принято.

В то же время есть места, где РАО, без сомнения, будут признаны особыми. В первую очередь это касается 81 объекта, на котором в период с 1965 по 1988 год были проведены мирные ядерные взрывы (т. е. взрывы, произведенные для целей народного хозяйства), а также 8 водоемов – хранилищ ЖРО на Производственном объединении «Маяк» (4 озера, в том числе озеро Карачай, и 4 искусственных водоема в составе Теченского каскада водоемов). Попросту говоря, радиоактивные отходы в таких местах (объемы загрязненных почв, воды и донных отложений и т. д.) рассредоточены на территории таким образом, что все, что можно с ними сделать, – это захоронить или законсервировать на месте: их извлечение и перемещение представляется более затратным и опасным с точки зрения вреда для природы и риска потенциального облучения людей. Все прочие радиоактивные отходы постановление № 1069 относит к так называемым удаляемым РАО.

Что и где разместить

Согласно ч. 2 ст. 1 Закона «Об обращении с РАО» в сферу применения закона не входят отношения, связанные с обращением с отработавшим ядерным топливом. Эта норма несет в себе принципиальный характер, поскольку в общественном понимании не всегда разделяются эти два понятия, и поэтому часто мы слышим, что пункты размещения радиоактивных отходов называют «ядерными могильниками». При этом имеется в виду, что в них содержится отработавшее ядерное топливо или другие ядерные материалы. Однако и по составу, и по физическим и химическим свойствам, и по характеру рисков, которые они представляют, ядерные материалы отличаются от радиоактивных. В выпущенном «Беллоной» в 2012 году докладе «Ядерные делящиеся материалы» можно найти подробные объяснения относительно того, чем радиоактивные отходы и обращение с ними отличаются от ядерных материалов.

В законе установлен способ захоронения разных типов радиоактивных отходов, которые различают по уровню активности, периоду полураспада и другим характеристикам. К долгоживущим относятся РАО с периодом полураспада более 30 лет, а к короткоживущим – РАО с периодом полураспада 30 и менее лет. Периоды полураспада тех или иных радионуклидов, содержащихся в значительной концентрации в РАО, обусловливают сроки, в течение которых радиоактивные отходы остаются опасными, и меры по безопасному обращению с ними. Различаются также тепловыделяющие и нетепловыделяющие РАО; классификация по этому признаку производится для того, чтобы при определении технологий захоронения учитывать тепло радиоактивного распада и его воздействие на барьеры безопасности.

В законе прописывается, что пункты захоронения, где будут размещаться РАО, могут быть двух видов – приповерхностные и глубинные (различные для твердых РАО и жидких РАО). В приповерхностных ПЗРО будут размещаться твердые низкоактивные и среднеактивные короткоживущие РАО. Глубинные ПЗРО, – т. е. пункты захоронения, построенные на глубине более 100 метров, – будут создаваться для захоронения твердых высоко- и среднеактивных долгоживущих РАО. Кроме этого, на момент принятия закона уже действовали три пункта глубинного захоронения ЖРО, но законом количество ПГЗ ЖРО на территории России ограничено этими объектами, и дальнейшая практика закачки ЖРО в геологические горизонты где-либо еще запрещена.

Планируется, что в ближайшей перспективе на территории России будет создан только один глубинный ПЗРО. Захоронение твердых высокоактивных и среднеактивных долгоживущих РАО является основной задачей, и при ее решении необходимо будет преодолеть несколько важных этапов.

Проблемы, которые еще предстоит решать

На сегодняшний день место строительства первого планируемого ПЗРО определено достаточно условно. Это Нижне-Канский массив в Красноярском крае. На расстоянии 4,5 км от реки Енисей и 4 км от территории Горно-химического комбината в Железногорске выбрано место для строительства подземной исследовательской лаборатории. Программа исследований на данный момент не озвучена, но в общих чертах понятна.

В первую очередь они будут касаться поведения пород, их потенциального взаимодействия с РАО различных классов, а также поведения радионуклидов в системе инженерных и природных барьеров. Планируется, что исследования будут выполняться около пяти лет, после чего будет приниматься решение о том, насколько данный участок и предлагаемые технологии пригодны для строительства ПЗРО.

Если данный участок окажется непригодным, то в любом случае необходимо будет искать площадку для строительства глубинного ПЗРО, чтобы разместить в нем накопленные в России высокоактивные и среднеактивные долгоживущие РАО. По сегодняшним данным, в глубинном ПЗРО необходимо будет разместить 4,5 тыс. м3 радиоактивных отходов 1-го класса (высокоактивных тепловыделяющих) и 155 тыс. м3 радиоактивных отходов 2-го класса (высокоактивных нетепловыделяющих и среднеактивных долгоживущих).

Если рассматривать весь комплекс мероприятий при обращении с РАО (транспортировка, хранение, переработка, захоронение), то вопрос захоронения остается самым дискуссионным среди общественности. И, несмотря на то, что в этом вопросе закон об обращении с РАО и другие нормативные документы многое расставили по местам, на сегодняшний день все еще остаются белые пятна в части понимания того, как и где выбирать будущие площадки для ПЗРО, какие параметры должны быть в проекте, как будет осуществляться эксплуатация и вывод пункта захоронения из эксплуатации, и многие другие.

Главным вопросом для общественности остается безопасность, а также компенсации за риски при строительстве и эксплуатации объектов, входящих в систему обращения с РАО. Решение этих вопросов зависит не только от атомного ведомства, но во многом и от местных и федеральных властей. И, как показывает практика, в любом случае вопросы обращения с РАО не останутся без внимания и участия общественности. Поэтому всем сторонам – участникам процесса необходимо договориться, в каком формате и в каком объеме участие общественности может быть организовано – исходя из заинтересованности сторон, их возможностей и готовности к диалогу.

Смотрите еще:

  • Правило н и нн в суффиксах разных частей речи ПРАВОПИСАНИЕ Н И НН В РАЗНЫХ ЧАСТЯХ РЕЧИ С.Г.ЗЕЛИНСКАЯ ДИДАКТИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛ Теоретическая зарядка 1. Когда в прилагательных пишется нн? 2. Назовите исключения из этих правил. 3. Как отличить отглагольное прилагательное с суффиксом […]
  • Какие из трех перечисленных видов объектов как правило изображаются ГДЗ по географии 6 класс рабочая тетрадь Домогацких Группа: Пользователи Сообщений: 5 Регистрация: 19.05.2013 Спасибо сказали: 2 раз(а) Поблагодарили: 487 раз(а) Группа: Администраторы Сообщений: 2515 Регистрация: 02.06.2006 […]
  • Сталкер закон меченого часть 2 Сталкер закон меченого часть 2 AVS "Закон Меченого". 2 части Название игры: S.T.A.L.K.E.R. Shadow of Сhernobyl Год выпуска: 2012 Автор/Разработчик: strelok200 Тип раздачи: Mods Версия программы: 2.1 + 2.1.1 Требуемая версия игры: 1.0004 […]
  • Нотариусы в лыскове Нотариусы Лысково Ниже представлен список нотариусов в выбранной категории. Чтобы посмотреть подробную информацию по конкретному нотариусу, кликните по ФИО нотариуса. Нотариус Мощенков Дмитрий Сергеевич Телефон: (83149) 5-40-57 Адрес: […]
  • Достоевский преступления и наказаниеpdf Комментарии Первый раз читала в школе - не впечатлилась. Недавно перечитала. Книга потрясающая. Оценка 5 из 5 звёзд от Ольга 24.05.2018 18:37 Монолог Порфирия Петровича! Оценка 5 из 5 звёзд от Ruslan 29.01.2018 21:35 Книга очень […]
  • Защитник в уголовном процессе и его полномочия Защитник и его процессуальное положение Защиту по уголовным делам по общему правилу должны осуществлять адвокаты. В подтверждение своего адвокатского статуса защитник предъявляет удостоверение адвоката, а в подтверждение того, что ему […]
  • Требуется няня москва с проживанием Работа Няня с проживанием Москва Няня грудничку с проживанием няня с проживанием опыт работы в семье, педагогическое или медицинское образование Условия: с проживанием, предоставляется 1 выходной в неделю (работа за границей) . полный […]
  • Иск подается по месту жительства истца Иск о разводе подается по месту жительства истца или ответчика Задайте вопрос юристу бесплатно! Кратко опишите в форме вашу проблему, юрист БЕСПЛАТНО подготовит ответ и перезвонит в течение 5 минут! Решим любой вопрос! Расторжение брака […]