1755 год кто правил

Биография императрицы Елизаветы I Петровны

Елизавета Петровна, российская императрица (1741-1761) родилась 18 декабря 1709 года (по новому стилю — 29 декабря) в подмосковном селе Коломенском еще до заключения церковного брака между ее родителями — царем Петром I и Мартой Скавронской (Екатериной I).

Росла в Москве, уезжая летом в Покровское, Преображенское, Измайловское или Александровскую слободу. Отца в детстве видела редко. Когда мать уезжала в Петербург, воспитанием будущей императрицы занималась сестра отца, царевна Наталья Алексеевна, или семья сподвижника Петра I Александра Меншикова.

Цесаревну обучали танцам, музыке, умению одеваться, этике, иностранным языкам.

В 14 лет Елизавету объявили совершеннолетней и стали подыскивать ей женихов. Петр I предполагал выдать ее за французского короля Людовика XV. Этот план не осуществился, и Елизавету начали сватать за второстепенных немецких князей, пока не остановились на принце Голштинском Карле Августе. Но смерть жениха расстроила этот брак. Так и не дождавшись жениха голубых кровей, 24 летняя красавица отдала сердце придворному певчему Алексею Разумовскому.

Разумовский, украинский казак, с 1731 года был солистом императорской капеллы. Когда Елизавета Петровна заметила его, она выпросила его у Екатерины I. Когда Разумовский потерял свой голос, она сделала его бандуристом, позже поручила ему управлять одним из своих имений, а затем и всем своим двором. Есть сведения, что в конце 1742 года она сочеталась с ним тайным браком в подмосковном селе Перове.

Став императрицей, Елизавета возвела своего морганатического супруга в графское достоинство, сделала фельдмаршалом и кавалером всех орденов. Но Разумовский сознательно устранился от участия в государственной жизни.

По описанию современникам, Елизавета Петровна была по-европейски хороша собой. Высокого роста (180 см), имела слегка рыжеватые волосы, выразительные серо-голубые глаза, правильной формы рот, здоровые зубы.

Испанский посланник герцог де Лирна в 1728 году писал о цесаревне: «Принцесса Елизавета такая красавица, каких я редко видел. У нее удивительный цвет лица, прекрасные глаза, превосходная шея и несравненный стан. Она высокого роста, чрезвычайно жива, хорошо танцует и ездит верхом без малейшего страха. Она не лишена ума, грациозна и очень кокетлива».

Во время правления своей матери Екатерины I и своего племянника Петра II Елизавета вела веселую жизнь при дворе. При императрице Анне Иоанновне и правительнице регентше Анне Леопольдовне ее положение стало тяжелым. Елизавета Петровна лишилась блестящего положения при дворе и была вынуждена почти безвыездно жить в своей вотчине, Александровской слободе.

В ночь на 25 ноября 1741 года при помощи роты гвардейцев Преображенского полка Елизавета Петровна совершила дворцовый переворот. Маленький император Иван VI и его семья были арестованы, фавориты прежней императрицы были приговорены к смертной казни, однако затем были помилованы и сосланы в Сибирь.

В момент переворота у Елизаветы Петровны не было конкретной программы своего правления, но идея воцарения ее на престоле поддерживалась простыми горожанами и низами гвардии из за недовольства засильем иностранцев при русском дворе.

Первым подписанным Елизаветой Петровной документом был манифест, в котором доказывалось, что после смерти Петра II она – единственная законная наследница престола. Коронационные торжества прошли 25 апреля 1742 года в Успенском соборе Московского Кремля. Императрица сама возложила на себя корону.

Обеспечив за собой власть, Елизавета Петровна поспешила наградить людей, которые способствовали вступлению ее на престол или вообще были ей преданы, и составить из них новое правительство. Гренадерская рота Преображенского полка получила название лейб-кампании. Солдаты не из дворян были зачислены в дворяне, капралы, сержанты и офицеры повышены в чинах. Все они были пожалованы землями преимущественно из конфискованных у иностранцев поместий.

Елизавета Петровна провозгласила курс на возврат к наследию Петра Великого. Указом от 12 декабря 1741 года было предписано все постановления петровского времени «наикрепчайше содержать и по них неотменно поступать во всех правительствах государства нашего». Кабинет министров ликвидировался. Восстанавливался Сенат, Берг и Мануфактур коллегии, Главный магистрат, Провиантская коллегия. Также в 1740 е годы была восстановлена прокуратура. Распространенные при Петре I кары за казнокрадство и взяточничество (казнь, кнут, ликвидация имущества) Елизавета Петровна заменила понижением в чине, переводом на другую службу и изредка увольнением. Гуманизация общественной жизни в годы ее правления выразилась в отмене смертной казни (1756), указах о строительстве инвалидных домов и богаделен.

В отличие от отца, Елизавета отводила большую роль в административных делах и культуре не только Петербургу, но Москве. Для всех коллегий и Сената в Москве создавались отделения; основанному в 1755 году Московскому университету в 1756 году были приданы две гимназии на Моховой улице. Тогда же стала выходить газета «Московские ведомости», а с 1760 года – первый московский журнал «Полезное увеселение».

Большую роль в правлении Елизаветы Петровны сыграли ее фавориты. В начале 1750 х годов страной практически руководил молодой фаворит императрицы Петр Шувалов, с именем которого связана реализация елизаветинской идеи об отмене внутренних таможен, что дало импульс развитию предпринимательства и внешней торговли (1753–1754).

Способствовал развитию и указ об учреждении в 1754 году Заемного и Государственного банков для дворян и купцов.

Значительное оживление и подъем экономической жизни России в годы правления Елизаветы были вызваны также административной деятельностью канцлера Алексея Бестужева Рюмина, одного из инициаторов созыва Комиссии об Уложении в 1750 х годах, обер-прокурора Якова Шаховского, братьев Михаила и Романа Воронцовых.

С именами Ивана Шувалова и русского энциклопедиста Михаила Ломоносова связано основание Московского университета (1755), открытие гимназий в Москве и Казани, с именем Федора Волкова – становление русского национального театра. В 1757 году была основана Академия художеств в Петербурге.

Отвечая запросам поддерживавшего ее социального слоя, Елизавета Петровна разрешила дворянам, обязанным по закону 1735 года служить по военной или статской части 25 лет, брать льготные долговременные отпуска, которые настолько укоренились, что в 1756–1757 годах пришлось прибегнуть к крутым мерам, чтобы заставить зажившихся в поместьях офицеров являться в армию. Императрица поощрила обычай записывать детей в полки еще в младенчестве, так что задолго до совершеннолетия они могли достигать офицерских чинов. Продолжением этих мер было распоряжение о подготовке Манифеста о вольности дворянства (был подписан позже Екатериной II), поощрение огромных трат дворян на свои повседневные нужды, рост расходов на содержание двора.

Этот день в истории: 1755 год. 7 мая (26 апреля) начались занятия в Московском университете

, 7 мая 2010, 13:24 — REGNUM

Здание Московского Университета у Воскресенских ворот на Красной площади. Гравюра начала XIX века.

1755 год. 7 мая (26 апреля ст.ст.) начались занятия в Московском университете

Цитируется по: Костомаров Н. И. Русская история в жизнеописаниях главнейших ее деятелей. М.: Эксмо, 2007

История в лицах

Милостивый государь Иван Иванович! Полученным от вашего превосходительства черновым доношением Правительствующему Сенату к великой моей радости я уверился, что объявленное мне словесно предприятие подлинно в действо произвести намерились к приращению наук, следовательно, к истинной пользе и славе отечества. При сем случае довольно я ведаю, сколь много природное ваше несравненное дарование служить может и многих книг чтение способствовать. Однако и тех совет вашему превосходительству небесполезен будет, которые сверх того университеты не токмо видали, но и в них несколько лет обучались, так что их учреждения, узаконения, обряды и обыкновения в уме их ясно и живо, как на картине, представляются. Того ради, ежели Московский университет по примеру иностранных учредить намереваетесь, что весьма справедливо, то желал бы я видеть план, вами сочиненный. Но ежели ради краткости времени или ради других каких причин того не удостоюсь, то, уповая на отеческую вашего превосходительства ко мне милость и великодушие, принимаю смелость предложить мое мнение о учреждении Московского университета кратко вообще.

1) Главное мое основание, сообщенное вашему превосходительству, весьма помнить должно, чтобы план Университета служил во все будущие роды. Того ради, несмотря на то, что у нас ныне нет довольства людей ученых, положить в плане профессоров и жалованных (находящихся на содержании государства. — Сост.) студентов довольное число. Сначала можно проняться теми, сколько найдутся. Со временем комплет наберется. Остальную с порожних мест сумму полезнее употребить на собрание университетской библиотеки, нежели, сделав ныне скудный и узкий план по скудости ученых, после, как размножатся, оный снова переделывать и просить о прибавке суммы.

2) Профессоров в полном университете меньше двенадцати быть не может в трех факультетах

В Юридическом три

1. Профессор всей юриспруденции вообще, который учить должен натуральные и народные права, также и узаконения Римской древней и новой империи.

II. Профессор юриспруденции российской, который, кроме вышеписанных, должен знать и преподавать внутренние государственные права.

III. Профессор политики, который должен показывать взаимные поведения, союзы и поступки государств и государей между собою, как были в прошедшие веки и как состоят в нынешнее время.

В Медицинском 3 же

I. Доктор и профессор химии.

II. Доктор и профессор натуральной истории

III. Доктор и профессор анатомии.

В Философском шесть

I. Профессор философии.

VI. — древностей и критики.

3) При Университете необходимо должна быть Гимназия, без которой Университет, как пашня без семян. О ее учреждении хотел бы я кратко здесь вообще предложить, но времени краткость возбраняет.

Не в указ вашему превосходительству советую не торопиться, чтобы после не переделывать. Ежели дней полдесятка обождать можно, то я целый полный план предложить могу, непременно с глубоким высокопочитанием пребывая вашего превосходительства

Цитируется по: Ломоносов М.В. Полное собрание сочинений. Т. 10. М.-Л., 1957. с.508-514

Мир в это время

Руины лиссабонского оперного театра. По гравюре Ле-Ба, 1756 г.

«Был ясный солнечный день. Воистину светлый праздник — День Всех Святых. Бедняки потянулись к ранней заутрене, зажиточные горожане — к поздней. В десятом часу утра церкви, а их в каждом квартале были десятки, оказались полны народу.

Это началось в 9 ч 40 мин.

Капитан, оказавшийся в морском порту, наблюдал первый толчок. На его глазах каменные постройки Лиссабона медленно, величественно начали качаться из стороны в сторону “как пшеничное поле от легкого ветра”. В течение шести секунд (пока длился толчок) многие здания обрушились. Вскоре последовал второй, а затем и третий толчок. Стены домов раскачивались с запада (т.е. с моря) на восток. В почве возникли трещины.

Дальнейшее очевидцы были не в силах внятно описать. Первое письмо из разрушенного города отправил английский хирург Вольфальм не ранее 22 ноября. Оно пришло в Англию разве что к концу месяца. Сам автор случайно уцелел в числе четырех счастливцев из 34 обитателей дома.

“Страшное зрелище мертвых тел, крики и стоны умирающих, до половины засыпанных развалинами, выше всякого описания; страх и отчаяние до того овладели всеми, что самые решительные люди не осмеливались остановиться на мгновение, чтобы сдвинуть несколько камней, придавивших самое дорогое им лицо, хотя многие могли быть спасены таким образом; но никто не думал о чем либо, кроме своего собственного спасения. Число погибших в домах и на улицах несравненно меньше числа жертв, нашедших свою кончину под обломками церквей…”

Людям, не переживавшим сильные землетрясения в большом городе, почти невозможно представить этот “армагеддон”. Боевые генералы, прошедшие войну 1941-1945 гг., признавались, увидев уничтоженный в 1948 г. Ашхабад, что это совершенно несравнимо. Нам, даже видевшим подробности кошмаров в Нью-Йорке, Мадриде и Лондоне, не представить и отдаленно катастрофу не локальную, но всеобщую. И, заметим, ни спасательных служб, ни медицинской помощи, ни хотя бы минимальной информации, ни элементарного опыта поведения в ситуации ультрачрезвычайной. Голые животные инстинкты.

Инстинкт погнал живых не прочь из города, но ближе к воде, в надежде уйти на кораблях в море. Море будто поджидало несчастных.

Через 20 мин, как раз когда на набережной собрались толпы страждущих, пришла первая волна высотой 12-15 м. А затем произошел провал новой Лиссабонской набережной вместе со скопившейся на ней после первого толчка массой народа. Свидетельства скудны и не во всем достоверны, но безусловно речь идет о крупном оползне прибрежного участка во время второго толчка, т.е. в 10 ч утра. И это вполне обычно в сейсмических ситуациях в прибрежных районах. Но это еще не все. Через три часа после сокрушительных толчков из-за открытого огня на кухнях и в алтарях многих церквей и молельных мест возникли загорания, которые благодаря сильному ветру и умышленным поджогам мародеров быстро переросли во всеобщий пожар. О тушении огня нечего было и думать, и он бушевал в городе пять суток. Развалины тлели еще столько же. “Казалось, природа хотела повсюду похвастать своим необузданным произволом”

“Как только мы пришли в состояние рассуждать, смерть была единственной вещью, которая представлялась нашему воображению. Страх голода был ужасный” Лиссабон был складочным местом хлеба для всей округи на 50 миль. Пожар уничтожил запасы. Начались грабежи. По повелению короля по городу расставили действующие виселицы. Тела 200 грабителей придержали остальных. Маркиз де Помбаль знал не только что сказать королю, но и что делать.

Три недели спустя один из жителей вернулся в западный квартал Лиссабона, после чего записал: “Никакого признака улиц, проходов, площадей и т.д. Только холмы и горы дымящихся развалин”. Из 20 тыс. домов осталось менее 3 тыс. пригодных для жилья. Безвозвратно погибло 32 церкви, более 75 часовен, 31 монастырь, 53 дворца. Продовольственная помощь пришла из Англии только к концу декабря.

Между тем в течение ноября и декабря толчки повторялись. Сначала ежедневно, затем через несколько дней. Отдельные из них продолжали разрушения. Самый сильный афтершок случился 9 декабря, он ощущался по всей Португалии, в Испании, Северной Италии, Южной Франции, Швейцарии и Южной Германии. Несколько раз за толчками следовали возмущения вод реки Тахо и затопление ее берегов. То же случалось в первом квартале 1756 г. Вообще сейсмическая активность в районе продолжалась 10 месяцев, но возобновлялась и позже, вплоть до 1762 г. Вот какое донесение от 16 ноября 1761 г. из Лиссабона опубликовано в газете “Санкт-Петербургские ведомости”: “Почти ни единого дня не проходит, в котором бы мы не чувствовали здесь землетрясения. Мы не имеем причину сумневаться, что с первого дня ноября месяца 1756 г. [ошибка, правильно 1755 г. — А.Н.] возгоревшаяся подземная материя и поныне под ногами нашими тлеет”.

Не менее 16 городов Португалии подверглись разрушениям в разной степени. Разрушения были и в западной части Испании — в Севилье, Малаге, Аямонте, Альбуфиере. Ближайший к Лиссабону г.Сетубал наполовину оказался разрушенным землетрясением и полностью уничтожен последовавшими цунами (известие принесли моряки голландского судна). В г.Фару разрушения и затопление повлекли за собой 3 тыс. смертей. Цунами возникали и продолжались во многих прибрежных местах Испании. В городе Кадис (Гадиз) был затоплен целый квартал. Погибло около 200 человек. В горах появились крупные трещины, а на побережьях возникли скальные обвалы. О подобных явлениях сообщали и с Гибралтара, и из Марокко».

Цитируется по: Никонов А. А. “Ужасное потрясение” Европы. Лиссабонское землетрясение 1 ноября 1755 г. «Природа», №11, 2005

Выписка из указа Правительствующаго Сената от 14 Сентября 1755 года, последовавшаго на донесение Оренбургскаго губернатора Неплюева о башкирском (последнем) бунте.

Правительствующей Сенат предписал:

1) Каковыя башкирцы по нынешнему их злодейству застаны и пойманы и содержатся под караулом и впредь (кроме тех, кои с повинными в срок собою явятся и из бегов возвратятся) будут во время того их бунта и злодейства пойманы или бежавшия в Киргиз — Кайсакскую орду назад возвращены, из них пущих к тому возмущению заводчиков каковыя в службу быть негодны, чиня жесточайшее наказание кнутом ссылать в работу в Рогорвик за безопасными конвой а годных в службу сечь плетьми и отправлять в Остзейские гарнизонные полки в солдаты; а от 12 до 18 лет во флот в матросы; а негодных в службу без наказания в работу в Рогорвик, а малолетных от 12 лет и ниже с матерьми их також и оставшей женский пол, всех за подлежащим конвоем отправить в Москву в Губернскую канцелярию из которой раздавать их на состоящие внутри Государства фабрики; а таких малолетных — же у коих матерей нет раздавать-же и другим разнаго чина людям кто их взять пожелает и быть им у тех кому розданы будут вечно равно как крепостным без положения в подушный оклад с подтверждением дабы как малолетные так и возрастные из женскаго пола в веру греческаго исповедания приведены были.

2) Которые-ж из тех бунтующих в сроки сами явятся и из Киргиз-Кайсак собою возвратятся и повинные приносить станут тех о оставлении жить в прежных их жилищах поступать по публикованному манифесту имея за ними секретно надлежащий присмотр.

3) Опустелых их башкирских деревень и дворов не жечь и не раззорять ибо оные тем кои в назначенной в публикованном манифесте срок собою с повинными явятся для их житья отдаваны быть должны. А буде кой в срок собою не явятся то по прошествии того срока, раздаваны быть имеют, и с землями, верным башкирцам кои о том просить станут.

Подлинный за надлежащею скрепою. [1]

источник: Сборник Юридических Документов Древней Шермяитской Дачи. С.-Петербург

примечания составителя:

[1] ↑ Указ этот, храниться в подлинном деле, в архивах Министерства Иностранной коллегии в Москве под названием «Башкирския Дела 3», он состоялся по случаю вспыхнувшего в июне 1755 года в Гайнинской волости Осинской дороги (известнаго под именем последняго) башкирскаго бунта. Обняв весь уральский край, бунт этот был самый опустошительный. Его возбудил мулла Гайнинской волости «Абдулла» (Батырша), который (как видно из донесений Оренбургскаго губернатора Неплюева и Генерал-майора Тевкелева), называл вотчинников, Уфимских башкирцев Осинской дороги Гайнинской волости «не инако как болгарами» подговорил их бежать в Турцию, чтобы под этим именем просить «протекции» у Отоманской Порты, и заявлял претензию к России за возведение городов, горных заводов и соленых промыслов на землях их вотчины без договора с ними, в противность башкирской их привилегии и обязательства, принятого на себя Россиею при поступлении их под ея покровительство, — иметь над их владетельным правом охрану и заступление. В донесении своем Неплюев пояснил, что вотчинные башкирцы соединясь с разными иноверцами вошедшими в их башкирское имя и разбогатев, увидя свое стеснение, возымели потребность отложиться и составить особое государство. Из дела видно что все это их намерение было остановлено принятыми Правительством мерами и тою случайностию что, пробегая степи свои (эти степи называются ныне киргиз-кайсакскими) где кочевали их вековые враги, киргиз-кайсаки, башкирцы были взяты ими в плен. Для выкупа их и убеждения возвратиться послан был генерал-майор Тевкелев. А в Гайнинскую волость командирован полковник Фрауендорф для объявления манифестов и универсалов разосланных, повсеместно 24 августа, 14 и 26 сентября, и 11 октября того не 1755 года, а также других распоряжений, в коих главнейше выражалось непременное желание Правительства, чтобы вотчинные башкирцы возвратились в свою вотчину, к чему назначен был им и срок с разъяснением, что срок этот, назначается для того, чтобы признать только за теми из них владение всею Башкириею по прежнему, кто к тому сроку возвратится с повинными и будет о том просить. Слова «по прежнему» означали всем пространством их безмерной вотчины с возвращением ими захваченных земель, кем бы ни было, даже самою казною. Вследствие этих публикаций владетельные башкирцы поспешили возвратиться на свои места к первому положенному сроку. Донося о том, 28 октября того же 1755 года, Неплюев присовокупил, что явилось 80 человек вотчинников башкирцев Гайнинской волости Осинской дороги, которые потому и были прощены и в дома отпущены. После того в 1756 году, сделан опять вызов и прочим башкирцам (прочими башкирцами Правительство называло вошедших самовольно в башкирское имя разных иноверцев) чтобы они тоже возвратились с тем, что этим разрешением они могут воспользоваться только до 1 января 1757 года. В том же 1756 году (так как волнение не утихало, произвол брал верх и продолжал наносить тревогу и беспокойство) было объявлено, что дозволяется русским дворянам и офицерам приобретать от Уфимских вотчинных башкирцев (Гайнинской волости Осинской дороги) их земли, с совершением на оные крепостей по добровольному с ними соглашению; тогда же было объявлено и строжайшее запрещение чинить этому владетельному праву какия либо притеснения и насильства, а велено оказывать ему всякое уважение, беречь их башкирский род и отнюдь ни кому не чем у них не завладевать. Но и после такой публикации, обнадеживавшей охраною Правительства и тех кто сделает от башкирцев законное приобретение, не являлось желающих употребить на то свои средства в крае постоянно бунтовавшемся. Само-же Государство не могло приобресть на себя земель тех и покупкою от башкир, как от людей принятых им под свое покровительство с их землями. По этой покровительственной инициативе и изложенным в указе 1753 года причинам, Правительство даже вынуждено было запретить самое построение казенных заводов в Башкирии.

Оставалось только вовсе прекратить влияние башкирскаго вотчиннаго права, которое ведя кровавую за себя борьбу и опираясь на свой болгарский род, постоянно тяготело к Порте. Освободить-же от такого тяготения эти земли, хотя и требовалось как можно скорее, не было иного средства, как только путем юридическим —законным, для подчинения этих земель одному с Россиею закону и одному строю Государственнаго порядка. К этому и было приступлено. В исполнение Высочайшаго повеления от 21 мая 1756 года, сделан в 1757 году разбор возвратившимся башкирцам бывшим вотчинникам с теми которые только вошли в башкирское имя и о которых до того случая не делалось распоряжений, за указом Императрицы Анны Иоанновны 1734 года, чтобы о таковых «до времени умолчать». Уфимские башкирцы, Гайнинской волости Осинской дороги явившиеся к сроку были признаны вотчинными владетелями Башкирии «по прежнему». Они составили себе команду в 300 человек под названием «верные башкирцы», и из среды себя избрали старшиною этой команды Тохтамыш-Иж-Булатова, а правителем дел их и переводчиком, с званием старшинскаго писаря, Алексея Абдалова. Эти вотчинники по прежнему расположились по Осинской дороге в Гайнинской волости, а прочие башкирцы как и прежде по дорогам: Сибирской, Ногайской и Казанской.

В 1758 г. старшина Иж-Булатов с прочими башкирцами вотчинниками, еще в разгаре волнений, предложил казне построить завод в Башкирии на реке Шермяике (тут было их заветное издревле место Крылова близ Крыловскаго вала и первой их крепостцы Осы). Это добровольное их предложение утверждало по закону 1744 года за заводом Шермяикским дачу 60-ти верстной меры в вечное владение, оно обязывало Правительство ввести вотчинникам за эту уступку условленную цену и совершить с ними крепость на вечное Спокойное владение, а без того и к работе не приступать. Правительство же, строго следуя своей покровительственной инициативе, не могло этим воспользоваться для казны, а могло только предоставить и передать, таковое предложенное ему самими владетелями право, частному лицу. Но как принятие от Правительства такого права было сопряжено с обязанностию тех-же выполнений, с значительными издержками, то желающаго не находилось, а время было дорого. В таких обстоятельствах, в исполнение видов Правительства и особой Высочайшей воли Императрицы Елизаветы Петровны, вызвался на это один из сановников того времени, Генерал-майор Александр Иванович Глебов. Он был тогда Обер-прокурором Сената (впоследствие Генерал-Прокурор, Генерал-Кригс Коммисар и Генерал-аншеф). По заключении по этому предмету особаго условия с Правительством, Глебов обязался все то выполнить немедленно и на собственныя свои средства без всякаго вещественнаго пособия от казны (следовательно, во чтобы ему не стоило), а Правительство, гарантировало ему и его преемниками вечное спокойное владение теми всеми землями (как сказано в указе 7 июня 1759 г.), «кои будут ему где в Оренбургской, Казанской и Сибирской губернии с Пермиею уступлены башкирцами и укрепить за ним вечно, и чтобы в таковыя его земли Глебова от башкирцев оных вышеписанных губернии приобретенныя отнюдь никому иному не вступаться».

Глебов уполномочил Горнаго Берг Гешворена Стадухина на совершение с теми башкирцами актов. Ему же Стадухину на это еще и от Правительства особая инструкция была дана. Акты принадлежащие Шермяикскому заводу совершены в 1759 году и тогда же утверждены Сенатом с распубликованием во всеобщую известность что они служат к немалой Государственной пользе. В тех же указах по именному Высочайшему повелению было объявлено что Глебов за условленную цену приобрел от владетельных башкир 50-ти верстной меры дачу Шермяикскую без остатка, со всеми их правами и привилегиями, и строжайше повелено охранять эти права Глебова и его преемников. Все эти распоряжения посылались с чрезвычайною спешностию одно за другим и трипликатами, по той важности которую в себе заключали. Преемниками Глебова по правилам генеральнаго межевания суть: 50-ти верстной меры Шермяикской дачи—владетель завода Шермяикского, а остальных безмерных бывших башкирских земель (примерных земель к Шермяикской мерной даче)—само Государство и те кто от него ими наделены будут (ст. 936 и 937 т. X. Св. Зак. Межев. Изд. 1857 г.).

Таким образом возведение Глебовым в 1759 г. Шермяитскаго завода и совершение с владетельными башкирцами крепости 16 июля 1759 г. имело Государственное значенье, во 1-х, это содействовало в царствование Императрицы Елизаветы Петровны к осуществлению давно достигавшагося окончательнаго и вполне законнаго разрешения вотчиннаго башкирскаго вопроса. 2) этим пресеклись башкирская бунты, которые два века потрясали весь край и потому бунт 1755 года значится последним башкирским бунтом. 3) за несуществованием уже вотчиннаго башкирскаго права, земли башкирии, считавшиеся за границею и самый тот край иноземным, с тех пор сделались вполне русскими и в 4) это дало возможность Правительству в царствование Императрицы Екатерины Великой, установить межевой закон с такими правилами, под названием Генеральных, которыми достигается слитие земель древней башкирии с Россиею в одно целое, и право продавать в пользу Государства самовольно завлаженныя земли в Оренбургском крае и в древней Пермии, как обнародовано 20 генваря 1765 г., предоставлено Государству генеральными правилами Межевого Закона. (Если Государство этим правом еще не вполне пользуется, то это потому что — эти генеральная правила по разным злоупотреблениям в том крае еще не исполнены). Правила эти изданы 25 мая 1766 года, после манифеста 1765 года о Государственном Генеральном размежевании земель всей Российской Империи и указа о включении в то число и земель Уральскаго края; так как земли башкирии не были включены в объявленное в 1754 году 20 Апреля Государственное межевание (Елизаветинское), потому что Уфимские башкирцы вотчинники в 1725 г- письменно отказали воеводе князю Шаховскому В размежевании их земель, так и потому что в 1734 г. кабинет Императрицы Анны, на вопрос Татищева можно-ли размежевать башкирския земли отвечал: «сие дело весьма деликатное». А в 1766 году земли эти названы уже не башкирскими, а Государственными.

Когда после того, эти башкирцы (не будучи уже вотчинниками) были в 1773 г. увлечены в бунт Пугачевской, то Правительство уже не хлопотало ни о каких с ними соглашениях и не делало распоряжения об укреплении земель за верными башкирцами, как это было во время их бунта в 1755 г., а напротив было повелено в 1776 г. положить их в подушный оклад. Когда же в 1798 г. в царствование Императора Павла, башкирский вопрос был вновь возбужден, то вслед затем велено было предать его забвению. В 1831 г., при возникновении его вновь как бы еще не разрешеннаго с бунта 1736 г., были скрыты вышеописанныя обстоятельства и последовал указ Сената 10 Апреля, 1832 г. с предположением что на земли того края существует еще башкирское вотчинное право, что существует в России башкирия (Государство в Государстве) и самые потомки владетельных башкир!? Хотя это было опровергнуто другими указали 1834 г. и 1855 г., но указ 1832 и. и по ныне действует. Между тем вотчиннаго права башкирскаго с 1759 г.гуже нет, оно с 1766 г. перешло в Межевой Закон, а чтобы были еще потомки тех владетельных башкир, на то, нет никаких законных доказательств.

История Московского университета

Образование и становление Московского университета

Московский университет по праву считается старейшим российским университетом. Он основан в 1755 году. Учреждение университета в Москве стало возможным благодаря деятельности выдающегося ученого-энциклопедиста, первого русского академика Михаила Васильевича Ломоносова (1711–1765).

А.С. Пушкин справедливо писал о титане русской и мировой науки XVIII столетия: «Соединяя необыкновенную силу воли с необыкновенною силою понятия, Ломоносов обнял все отрасли просвещения. Жажда науки была сильнейшею страстию сей души, исполненной страстей. Историк, ритор, механик, химик, минералог, художник и стихотворец, он все испытал и все проник. » В деятельности М.В. Ломоносова отразились вся мощь, красота и жизнеспособность российской науки, вышедшей на передовые рубежи мирового научного знания, успехи страны, сумевшей после преобразований Петра I значительно сократить отставание от ведущих держав мира и войти в их число. М.В. Ломоносов придавал огромное значение созданию системы высшего образования в России. Еще в 1724 году при Петербургской академии наук, основанной Петром I, были учреждены университет и гимназия для подготовки в России научных кадров. Но академические гимназия и университет с этой задачей не справились. Поэтому М.В. Ломоносов неоднократно ставил вопрос об открытии университета в Москве. Его предложения, сформулированные в письме к И.И. Шувалову, легли в основу проекта Московского университета. И.И. Шувалов, фаворит императрицы Елизаветы Петровны, покровительствовал развитию русской науки и культуры, помогал многим начинаниям М.В. Ломоносова.

После ознакомления с представленным И.И. Шуваловым проектом нового учебного заведения Елизавета Петровна подписала 12 (25 по новому стилю) января 1755 года (в День св. Татьяны по православному церковному календарю) указ об основании Московского университета. Церемония торжественного открытия занятий в университете состоялась в день празднования годовщины коронации Елизаветы Петровны 26 апреля (7 мая) 1755 года. С тех пор эти дни традиционно отмечаются в университете студенческими празднованиями, к ним приурочены ежегодная научная конференция «Ломоносовские чтения» и дни научного творчества студентов.

В соответствии с планом М.В. Ломоносова в Московском университете были образованы 3 факультета: философский, юридический и медицинский. Свое обучение все студенты начинали на философском факультете, где получали фундаментальную подготовку по естественным и гуманитарным наукам. Образование можно было продолжить, специализируясь на юридическом, медицинском или на том же философском факультете. В отличие от университетов Европы, в Московском университете не было богословского факультета, что объясняется наличием в России специальной системы образования для подготовки служителей православной церкви. Профессора читали лекции не только на общепризнанном тогда языке науки — латыни, но и на русском языке.

Московский университет выделялся демократическим составом студентов и профессоров. Это во многом определило широкое распространение среди учащихся и преподавателей передовых научных и общественных идей. Уже в преамбуле указа об учреждении университета в Москве отмечалось, что он создан «для генерального обучения разночинцев». В университет могли поступать выходцы из различных сословий, за исключением крепостных крестьян. М.В. Ломоносов указал на пример западноевропейских университетов, где было покончено с принципом сословности: «В университете тот студент почтеннее, кто больше научился; а чей он сын, в том нет нужды». За вторую половину XVIII века из 26 русских профессоров, которые вели преподавание, только трое были из дворян. Разночинцы составляли в XVIII веке и большинство учащихся. Наиболее способных студентов для продолжения образования посылали в зарубежные университеты, укрепляя контакты и связи с мировой наукой.

Государственные ассигнования лишь частично покрывали потребности университета, тем более что первоначально со студентов не взималась плата за обучение, а в дальнейшем от нее стали освобождать неимущих студентов. Руководству университета приходилось изыскивать дополнительные источники дохода, не исключая даже занятия коммерческой деятельностью. Огромную материальную помощь оказывали меценаты (Демидовы, Строгановы, Е.Р. Дашкова и др.). Они приобретали и передавали университету научные приборы, коллекции, книги, учреждали стипендии для студентов. Не забывали о своей alma mater и выпускники. Не раз в трудное для университета время они собирали средства по подписке. По установившейся традиции профессора завещали университетской библиотеке свои личные собрания. Среди них — богатейшие коллекции И.М. Снегирева, П.Я. Петрова, Т.Н. Грановского, С.М. Соловьева, Ф.И. Буслаева, Н.К. Гудзия, И.Г. Петровского и др.

Московский университет играл выдающуюся роль в распространении и популяризации научных знаний. На лекциях профессоров университета и диспутах студентов могла присутствовать публика. В апреле 1756 года при Московском университете на Моховой улице были открыты типография и книжная лавка. Тем самым было положено начало отечественному книгоизданию. Тогда же университет начал издавать дважды в неделю первую в стране неправительственную газету «Московские ведомости», а с января 1760 года — первый в Москве литературный журнал «Полезное увеселение». Десять лет, с 1779 по 1789 год, типографию возглавлял питомец университетской гимназии, выдающийся русский просветитель Н.И. Новиков.

Через год после создания университета первых читателей приняла университетская библиотека. Свыше 100 лет она выполняла функции единственной в Москве общедоступной библиотеки.

Просветительская деятельность Московского университета способствовала созданию на его базе или при участии его профессуры таких крупных центров отечественной культуры, как Казанская гимназия (с 1804 года — Казанский университет), Академия художеств в Петербурге (до 1764 года — в ведении Московского университета), Малый театр и др.

В XIX столетии при университете были образованы первые научные общества: Испытателей природы, Истории и древностей российских, Любителей российской словесности.

В XVIII веке в стенах Московского университета учились и работали замечательные деятели русской науки и культуры: философы Н.Н. Поповский, Д.С. Аничков; математики и механики В.К. Аршеневский, М.И. Панкевич; медик С.Г. Зыбелин; ботаник П.Д. Вениаминов; физик П.И. Страхов; почвоведы М.И. Афонин, Н.Е. Черепанов; историк и географ Х.А. Чеботарев; историк Н.Н. Бантыш-Каменский; филологи и переводчики А.А. Барсов, С. Хальфин, Е.И. Костров; правоведы С.Е. Десницкий, И.А. Третьяков; издатели и писатели Д.И. Фонвизин, М.М. Херасков, Н.И. Новиков; архитекторы В.И. Баженов и И.Е. Старов.

Соединение в деятельности Московского университета задач просвещения, науки и культуры превратило его, по выражению А.И. Герцена, в «средоточие русского образования», один из центров мировой культуры.

Указ об учреждении Московского Университета, 1755

24 января 1755 года императрица Елизавета Петровна подписала указ о создании Московского Университета. В соответствии с указом, профессура не подлежала никакому суду, кроме университетского. Были образованы 3 факультета: философский, юридический и медицинский. Лекции читали на латыни и на русском. Университет отличался демократическим составом студентов и профессоров, сюда могли поступить выходцы из различных сословий. Большинство учащихся составляли разночинцы.

Указ от 24 января 1755. Именной.

Об учреждении Московского Университета и двух гимназий.

С приложением высочайше утвержденного проекта по сему предмету

Когда бессмертные славы в Бозе почивающий, любезнейший наш родитель и государь Петр Первый, император великий и обновитель отечества своего, погруженную во глубине невежеств и ослабевшую в силах Россию к познанию истинного благополучия роду человеческому приводил, какие и коликие во все время дражайшей своей жизни монаршеские в том труды полагал, не только Россия чувствует, но и большая часть света тому свидетель; и хотя во время жизни толь высокославного монарха, отца нашего и государя, всеполезнейшие его предприятии к совершенству и не достигли, но мы всевышнего благоволением, со вступления нашего на всероссийский престол, всечасное имеем попечение и труд, как о исполнении всех его славных предприятий, так и о произведении всего, что только к пользе и благополучию всего отечества служить может, чем уже действительно по многим материям все верноподданные матерними нашими милосердиями ныне пользуются, и впредь потомки пользоваться станут, что времена и действии повседневно доказывают. Сему, последуя, из наших истинных патриотов и зная довольно, что единственно наше желание и воля состоит в произведении народного благополучия к славе отечества, упражняясь в том, к совершенному нашему удовольствию прилежность свою и труд в общенародную пользу прилагали; но как всякое добро происходит от просвещенного разума, а напротив того, зло искореняется, то, следовательно, нужда необходимая о том стараться, чтоб способом пристойных наук возрастало в пространной нашей империи всякое полезное знание; чему подражая для общей отечеству славы, Сенат наш, и признав за весьма полезное к общенародному благополучию, всеподданнейше нам доносил, что действительный наш камергер и кавалер Шувалов поданным в Сенат доношением, с приложением проекта и штата о учреждении в Москве одного Университета и двух гимназий, следующее представлял: как наука везде нужна и полезна, и как способом той просвещенные народы превознесены и прославлены над живущими во тьме неведения людьми, в чем свидетельство видимое нашего века от Бога дарованного, к благополучию нашей империи родителя нашего государя императора Петра Великого доказывает, который божественным своим предприятием исполнение имел через науки, бессмертная его слава оставила в вечные времена, разум превосходящие дела, в толь краткое время перемена нравов и обычаев и невежеств, долгим временем утвержденных, строение градов и крепостей, учреждение армии, заведение флота, исправление необитаемых земель, установление водяных путей, все к пользе общего житья человеческого, и что наконец все блаженство жизни человеческой, в которой бесчисленные плоды всякого добра всечастно чувствам представляются; и что пространная наша империя установленною здесь дражайшим родителем нашим, государем Петром Великим, Санктпетербургскою Академиею, которую мы между многими благополучиями своих подданных милосердиями немалою суммою против прежнего к вящей пользе и к размножению и ободрению наук и художеств, всемилостивейше пожаловали, хотя оная со славою иностранною и с пользою здешнею плоды свои и производит, но одним оным ученым корпусом довольствоваться не может, в таком рассуждении, что за дальностию дворяне и разночинцы к приезду в Санктпетербург многие имеют препятствия, и хотя ж первые к надлежащему воспитанию и научению к службе нашей, кроме Академии, в Сухопутном и Морском кадетских корпусах в Инженерстве и Артиллерии открытый путь имеют, но для учения вышним наукам желающим дворянам, или тем, которые в вышеписанные места для каких-либо причин не записаны, и для генерального обучения разночинцам, упомянутый наш действительный камергер и кавалер Шувалов, о учреждении вышеобъявленного в Москве Университета для дворян и разночинцев, по примеру европейских университетов, где всякого звания люди свободно наукою пользуются, и двух гимназий, одну для дворян, другую для разночинцев, кроме крепостных людей, усердствуя нам и отечеству, о вышеупомянутом изъяснял для таковых обстоятельств, что установление оного Университета в Москве тем способнее будет: 1) великое число в ней живущих дворян и разночинцев; 2) положение оной среди Российского государства, куда из округ лежащих мест способно приехать можно; 3) содержание всякого не стоит многого иждивения; 4) почти всякий у себя имеет родственников или знакомых, где себя квартирою и пищею содержать может; 5) великое число в Москве у помещиков на дорогом содержании учителей, из которых большая часть не токмо учить науки не могут, но и сами к тому никакого начала не имеют, и только через то младые лета учеников и лучшее время к учению пропадает, а за учение оным бесполезно великая плата дается; все ж почти помещики имеют старание о воспитании детей своих, не щадя иные по бедности великой части своего имения и ласкаясь надеждою произвести из детей своих достойных людей в службу нашу, а иные, не имея знания в науках или по необходимости не сыскав лучших учителей, принимают таких, которые лакеями, парикмахерами и другими подобными ремеслами всю жизнь свою препровождали; и показывая он камергер и кавалер Шувалов, что такие в учениях недостатки реченным установлением исправлены будут, и желаемая польза надежно через скорое время плоды свои произведет, паче ж когда довольно будет национальных достойных людей в науках, которых требует пространная наша империя к разным изобретениям сокровенных в ней вещей, и ко исполнению начатых предприятиев и ко учреждению впредь по знатным российским городам российскими профессорами училищ, от которых и в отдаленном простом народе суеверие, расколы и тому подобные от невежества ереси истреблятся. Того ради мы, признавая упомянутого камергера и кавалера Шувалова представление, поданное нам через доклад от Сената, за весьма нужное и полезное нашей империи следующее к благополучию всего отечества, и которое впредь к немалой пользе общего добра быть может, всемилостивейше конфирмовали, и надеемся несомненно, что все наши верноподданные, видя толь многие наши об них матерния попечения, как и сие весьма потребное учреждение, простираться станут детей своих, пристойным образом воспитав, обучить и годными через то в службу нашу и в славу отечества представить; а чтоб сие вновь предпринятое дело добрый и скорый успех имело с надлежащим порядком, без малейшего потеряния времени; того для всемилостивейше мы повелели над оным Университетом и гимназиями быть двум кураторам, упомянутому изобретателю того полезного дела действительному нашему камергеру и кавалеру Шувалову и статскому действительному советнику Блюментроту, а под их ведением директором коллежскому советнику Алексею Аргамакову; а для содержания в оном Университете достойных профессоров и в гимназиях учителей, и для прочих надобностей, как ныне на первый случай, так и повсегодно, всемилостивейше мы определили довольную сумму денег, дабы ни в чем и никакого недостатка быть не могло, но тем более от времени до времени через прилежание определенных кураторов, которым сие толь важное дело от нас всемилостивейше вверено, и через искуснейших профессоров науки в нашей империи распространялись и в цветущее состояние приходили, чего мы к совершенному нашему удовольствию ожидать имеем; и для того всех находящихся в оном Университете высочайшею нашею протекциею обнадеживаем, а кои особливую прилежность и добропорядочные свои поступки окажут, те пред другими с отменными авантажами в службу определены будут; и об оном для всенародного известия сие наше всемилостивейшее соизволение публиковать повелели, о чем сим и публикуется. На каком же основании оному учрежденному в Москве Университету и гимназиям, и в них профессорам и учителям, и во скольких классах быть надлежит, о том публиковано будет впредь регламентом, со внесением в оный всего, что потребно для лучшего установления оного Университета и гимназии.

1755, января 12 высочайше утвержденный проект об учреждении Московского Университета.

Резолюция. Быть по сему. Кураторами быть камергеру Шувалову и Лаврентию Блюментросту, директором Алексею Аргамакову, а в дополнение штата дается воля кураторова.

1. На содержание сего Университета и при оном гимназии довольно десяти тысяч рублей в год.
2. 1) Весьма за нужно ко ободрению наук почитается, чтобы Ее Императорское Величество новоучреждаемый Университет в собственную свою высочайшую протекцию принять и одну или двух из знатнейших особ, как в других государствах обычай есть, кураторами Университета определить соизволила, которые бы весь корпус в своем смотрении имели и о случающихся его нуждах докладывали Ее Императорскому Величеству.
2) Чтоб сей корпус, кроме Правительствующего Сената, не подчинен был никакому иному присутственному месту и ни от кого бы иного повеления принимать не был обязан.
3) Чтоб как профессоры и учители, так и прочие, под университетскою протекциею состоящие, без ведома и позволения университетских кураторов и директора неповинны были ни перед каким иным судом стать, кроме университетского.
4) Чтобы все принадлежащие к Университету чины в собственных их домах свободны были от постоев и всяких полицейских тягостей, также и от вычетов из жалованья и всяких других сборов.
3. Притом надлежит быть особому директору, которой бы по предписуемой ему инструкции о благосостоянии Университета старался и его доходами правил с профессорами науки в Университете и учение в гимназии учреждал со всеми присутственными местами по делам, касающимся до университета, переписку имел и о всем вышеписанном кураторам представлял и их апробации требовал.
4. Хотя во всяком университете, кроме философских наук и юриспруденции, должны такожде предлагаемы быть богословские знания, однако попечение о богословии справедливо оставляется святейшему Синоду.
5. Профессоров в Университете будет в трех факультетах десять.
В юридическом:
1. Профессор всей юриспруденции, который учить должен натуральные и народные права и узаконения Римской древней и новой империи.
2. Профессор юриспруденции российской, который сверх вышеписанных должен знать и обучать особливо внутренние государственные права.
3. Профессор политики, которой должен показывать взаимные поведения, союзы и поступки государств и государей между собою, как были в прошедшие века и как состоят в нынешнее время.
В медицинском:
1. Доктор и профессор химии должен обучать химии физической, особливо и аптекарской.
2. Доктор и профессор натуральной истории должен на лекциях показывать разные роды минералов, трав и животных.
3. Доктор и профессор анатомии обучать должен и показывать практикою строение тела человеческого на анатомическом театре и приучать студентов в медицинской практике.
В философском:
1. Профессор философии обучать должен логике, метафизике и нравоучению.
2. Профессор физики обучать должен физике экспериментальной и теоретической.
3. Профессор красноречия для обучения оратории и стихотворства.
4. Профессор истории для показания истории универсальной и российской, также древности и геральдики.
6. Каждый профессор должен по крайней мере два часа в день, выключая воскресные и в табели предписанные праздничные дни, также и субботу, в университетском доме публично и не требуя за то от слушателей особливой платы, о своей науке лекции давать, кроме того, вольно ему за умеренную плату кого хочет приватно обучать, только чтобы от того в публичных его лекциях никакой остановки и препятствия не происходило.
7. Всем профессорам иметь по однажды в неделю, а именно по субботам до полудня, при присутствии директора собрания, в которых советовать и рассуждать о всяких распорядках и учреждениях, касающихся до наук и до лучшего оных произвождения, и тогда каждому профессору представлять директору обо всем, что он по своей профессии усмотрит за необходимо нужное и требующее поправления; в тех же общих собраниях решить все дела, касающиеся до студентов, и определять им штрафы, ежели кто приличится в каких-либо предерзостях и непорядках.
8. Ни кто из профессоров не должен по своей воле выбрать себе систему или автора и по оной науку свою слушателям предлагать, но каждый повинен последовать тому порядку и тем авторам, которые ему профессорским собранием и от кураторов предписаны будут.
9. Все публичные лекции должны предлагаемы быть либо на латинском, либо на русском языке, смотря как по приличеству материй, так и по тому, иностранный ли будет профессор или природный русский.
10. Всякий профессор должен курс своей науки так расположить, чтобы через каждые полгода, то есть от одной ваканции до другой, часть оные, а через год весь курс окончать мог.
11. О предлагаемых в каждую половину года новых лекциях объявлять выставленным в университетском доме листом или каталогом лекции.
12. Большим ваканциям в Университете быть два раза в году, а именно: зимою от 18 декабря по 6 января, а летом от 10 июня по 1 число июля.
13. При окончании каждого месяца выбрать день субботний, в который профессорам, согласясь между собою, заставлять студентов приватно диспутоваться и задавать им для того тезисы, которые за три дня наперед прибивать к дверям большой аудитории, дабы желающие то предприять заблаговременно приготовить могли.
14. Перед наступлением каждой ваканции иметь публичные диспуты, приглася ко оным всех любителей наук; притом одному из студентов до начатия диспутов говорить краткую латинскую, а другому по окончании оных на русском языке речь, выбрав к тому удобную материю.
15. И дабы не оставить ничего, что бы могло молодых людей поощрить к наукам, то по однажды в году, а именно: апреля, раздавать им публичные награждения, которые состоять могут в небольшой золотой или серебряной медали с изображением Ее Императорского Величества к наукам милосердия, которой приличную идею по становлении сделать.
16. Таких медалей раздать в каждый раз до осьми, и притом поступать следующим порядком: директор, выбрав две из представленных ему от профессоров задач, должен оные 1 марта каждого года задать всем учащимся в университете студентам, выставленным листом, и требовать, чтобы желающие себе определенного награждения подавали ему свои сочинения на латинском или на русском языке не позже 1 числа апреля.
17. Из оных поданных сочинений директор обще с профессорами должен выбрать восемь достойнейших, из которых половина может быть на латинском, а другая на русском языке, и назначить им награждение.
18. Потом пригласить к положенному дню всех пребывающих в Москве знатных персон и охотников до наук в Университет, где в большой аудитории помянутые награждении публично раздаваны быть имеют; там один из профессоров, представя с достойными похвалами высокоматернее попечение Ее Императорского Величества о благополучии ее подданных вообще и особливо неизреченные щедроты к сему Университету, учащемуся в нем российскому юношеству, должен объявить поименно тех, которые по предложенным задачам удостоены от всего Университета награждения.
19. После сего каждый из них должен принять от профессора свое сочинение, прочитать оное публично, и тогда один из господ кураторов, а в не бытность их директор, вручает ему медаль, с таким объявлением, что Ее Императорское Величество, всемилостивейшая государыня жалует его сею медалию в знак высочайшего своего удовольствия о его прилежании и добрых успехах в науках.
20. На всех медалях вырезать прежде в низу в оставленном для того месте имена тех, кому оные даны будут.
21. Которые студенты в Университете науки свои порядочно окончали и через свое искусство и прилежание заслужили себе порядочные награждения, а при том в своих поступках всегда были добропорядочны, оным давать от Университета аттестаты за подписанием директора и всех профессоров, по которым аттестатам определять желающих в гражданскую службу по приличеству их природы и знания, и делать им протекцию ко ободрению прочих учащихся.
22. Каждый студент должен три года учиться в Университете, в которое время все предлагаемые во оном науки или по крайней мере те, которые могут ему служить к будущим его намерениям, способно окончать может, а прежде того сроку никого против его воли и желания от наук не отлучать и к службе не принуждать; сверх того не соизволено ль будет содержать студентов 20 человек записных на жалованье, чтобы из них в гимназию определять и в нижние классы учителями.
23. Всяк желающий в университете вышним наукам учиться, должен явиться у директора, которой прикажет профессорам его экзаменовать, и ежели явится способен к слушанию профессорских лекций, то записав его в число университетских студентов и показав ему порядок учения, приличный его склонности и будущему состоянию, отослать при письменном виде к тем профессорам, у кого какие лекции слушать имеет; и во ободрение позволено ль будет иметь шпагу, как и в прочих местах водится.
24. Учащиеся в Университете студенты не должны ни в каком другом суде ведомы быть, кроме университетского, и ежели приличатся в каких-либо непорядочных поступках, то не касаясь до них никаким образом, приводить их немедленно в университетский дом, и директор, который смотря по вине, учинит им надлежащий штраф или отошлет к тому суду, до которого такие дела принадлежат.
25. Каким образом студенты, будучи в Университете и под дирекциею оного, поступать должны, о том предписать им так, как во всех прочих университетах нарочные законы, которые напечатать, и при принятии в университет дав каждому студенту по одному экземпляру тех законов, велеть ему под теми ж законами в университетской книге имя свое и послушное по оным исполнение своеручно подписать; ежели кто после противно оным законам поступит, тот невзирая ни на какое лицо и кто б он ни был, по данной университетскому корпусу власти штрафован быть имеет.
26. Понеже науки не терпят принуждения и между благороднейшими упражнениями человеческими справедливо счисляются, того ради как в Университет, так и в гимназию не принимать никаких крепостных и помещиковых людей; однако ежели который дворянин, имея у себя крепостного человека сына, в котором усмотрит особливую остроту, пожелает его обучить свободным наукам, оный должен наперед того молодого человека объявить вольным и, отказавшись от сего права и власти, которую он прежде над ним имел, дать ему уволительное письмо за своею рукою и за приписанием свидетелей, при том же повинен он за себя и за наследников своих обязаться давать оному ученику пристойное содержание, доколе он при Университете счисляться будет, и до совершенного окончания наук ни под каким видом его не отлучать.
27. При допущении в Университет и в гимназию такого студента или ученика принять от него и хранить в университете данное ему от бывшего его господина письменное увольнение, и когда он науки свои порядочно окончает и от Университета с аттестатом отпущен будет для определения в службу государеву или на вольное пропитание, тогда вручить ему паки помянутое письмо прежнего его господина и дать волю, чтобы никаким образом никто его в холопство привести не мог; ежели же имев волю и пользуясь одним тем, будет в худых поступках, то такого выписать вон и отдать как его, так и увольнительное письмо его помещику.
28. Всяк желающий в Университете слушать профессорских лекций должен наперед научиться языкам и первым основаниям наук, но понеже в Москве таких порядочно учрежденных вольных школ не находится, где бы молодые люди к вышним наукам надлежащим образом приготовлены и способными учинены быть могли, того ради Ее Императорское Величество всемилостивейше не соизволит ли указать, чтобы при Московском университете и под его ведомством учредить две гимназии, одну для дворян, а другую для разночинцев, кроме крепостных людей.
29. В обеих гимназиях учредить по четыре школы, в каждой по три класса.
Первая школа Российская: в ней обучать в нижнем классе грамматике и чистоте стиля, в среднем стихотворства, в вышнем оратории.
Вторая школа Латинская: в ней обучать в нижнем классе первые основания латинского языка, вокабулы и разговоры, в среднем толковать нетрудных латинских авторов и обучать переводам с латинского на российский и с российского на латинский язык, в верхнем толковать высоких авторов и обучать сочинениям в прозе и в стихах.
Третья школа первых оснований наук: в нижнем классе обучать арифметике, в среднем геометрии и географии, в вышнем сокращенную философию.
Четвертая школа знатнейших европейских языков. В двух нижних классах обучать первые основания и разговоры с вокабулами немецкого и французского языков; в двух верхних классах обучать чистоте стиля помянутых языков.
30. Которые ученики учение свое порядочно окончали и при публичном экзамене, чинимом в конце каждого года, явились достаточными, таковых производить в Университет к слушанию профессорских лекций.
31. Которые родители не похотят детей своих обучать латинскому языку и вышним наукам, а намерены их определить в купечество, к художествам, или в военную службу, оные должны о том наперед объявить, дабы по тому учение их расположить было можно.
32. Желающие либо одному французскому, либо немецкому языку учиться, должны тотчас к тем учителям определены быть; причем сверх тех языков, по чинимому от инспектора гимназии расположению, могут они такожде учиться арифметике, геометрии, истории и географии.
33. Инспектором над гимназиею быть одному из профессоров в Университете, которому как учители, так и учащиеся должны являть всякое почтение и послушание и по его повелениям и распорядкам, чинимым с апробациею директора, непременно исполнять.
34. В каждой половине года инспектор при присутствии прочих профессоров должен экзаменовать каждый класс, и которые в том классе уже довольные успехи показали, переводить в вышние классы, а оттуда при публичном экзамене производить в студенты.
35. Во оном публичном экзамене, которой имеет быть при окончании года, присутствовать директору самому с университетскими профессорами, и которые ученики особливо явятся прилежны и понятны, оным директор волен, по своему благорассуждению, на 15 или на 20 рублей всяких полезных книг в награждение раздать, дабы через то как их самих, так и прочих поощрить к прилежнейшему продолжению их учения.
36. Всякий родитель, желающий отдать сына своего для обучения в гимназию, должен его представить директору и объявя о намерении, какое имеет он при обучении того своего сына, почему директор прикажет инспектору гимназии экзаменовать оного ученика и по его знанию определить в надлежащий класс.
37. Никакой ученик в гимназии, так и никакой студент в Университете не должен собою отставать от учения, не уведомя о том письменно директора Университета и инспектора гимназии и не учиня должного благодарения тем профессорам и учителям, у кого обучался; ежели кто, пропустя целый месяц, того не учинит и о себе знать не даст, такого почитать яко беглого.
38. При окончании каждого месяца должны учители в гимназии о успехах, прилежании, поступках и штрафах учащихся в их классах подавать рапорты инспектору, который, сочиня из того генеральный рапорт о состоянии гимназии, должен оной представить директору, а директор кураторам.
39. Для различения дворян от разночинцев учиться им в разных гимназиях; а как уже выдут из гимназии и будут студентами, у вышних наук таким быть вместе как дворянам и разночинцам, чтобы тем более дать поощрения к прилежному учению.
40. Учителям гимназии предписано быть имеет в особливой же инструкции, как всем вообще и каждому особливо в его должности поступать, и оную инструкцию в непременном исполнении каждому подписать.
41. Быть при Университете приставу, которого должность состоит в том: 1) чтобы с приданными ему сторожами содержать университетский дом и аудиторию в надлежащей чистоте; 2) иметь ему роспись всем студентам и где кто жительство имеет, дабы в потребном случае каждого сыскать мог; 3) рапортовать по всякое утро директора о том, что за день перед тем в Университете происходило.
42. Всем профессорам, учителям и прочим университетским служителям иметь жительство свое в близости от университетского дому и гимназии, дабы в прохаживании туда и назад напрасно время не теряли.
43. Каким именно чинам и служителям при Университете и гимназии быть надлежит и какое каждому жалованье определить можно, тому приложен при сем штат, с показанием прочих потребных расходов.
44. Ежели Ее Императорское Величество всемилостивейшая государыня сей проект за благо принять соизволит, то надлежащие к пополнению оного статьи и инструкции для профессоров и учителей и законы для студентов в Университете и для учеников в гимназии немедленно сочинены быть могут.
45. Со временем, как Университет размножится, то не сомневаюсь, что Правительствующий Сенат соблаговолит установить другие полезные учреждения, от которых доходы казну Ее Величества заменить могут.
Також за нужное почитается, чтобы обучать греческому языку. Ориентальские языки могут також быть учены со временем, когда будут довольны университетские доходы и сысканы достойные к тому учители.

Русская журналистика в документах. История надзора. М., 2003. С. 35−45

Смотрите еще:

  • Семейный кодекс рф последняя редакция развод Семейный кодекс (СК РФ) С изменениями и дополнениями от: 29 декабря 1995 г., 15 ноября 1997 г., 27 июня 1998 г., 2 января 2000 г., 22 августа, 28 декабря 2004 г., 3 июня, 18, 29 декабря 2006 г., 21 июля 2007 г., 24 апреля, 30 июня 2008 […]
  • Приказ 518 о погрешностях Приказ Министерства экономического развития РФ от 1 марта 2016 г. № 90 “Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка, требований к точности и методам определения […]
  • Федеральный закон от 27072006 149-фз об информации информационных Федеральный закон от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ"Об информации, информационных технологиях и о […]
  • Федеральный закон рф жк Федеральный закон от 29.12.2004 N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" в последней редакции с изменениями (внесенными Федеральным законом от 01.07.2017 N 141-ФЗ), вступившими в силу с 01.07.2017 года. 29 […]
  • Бланк заявления принятие наследства Наследство / Образцы документов Поступило 15 ноября 2001 года Н/дело № 365 за 2001 г. Нотариус Е.С. Петров Нотариусу города Энска Энской области Е.С. Петрову от Иванова Валерия Константиновича проживающего: Энская область, г. Староэнск, […]
  • Действующая за своего несовершеннолетнего сына Молодая семья, ипотека, проблема с внесением ребенка в собственность на квартиру Нам одобрили ипотеку + сертификат молодая семья в банке ВТБ24. Подскажите пожалуйста как поступить нам. Дело в том что банк прописывает собвеников только нас […]
  • Закон об органах судебного сообщества Федеральный закон от 14 марта 2002 г. N 30-ФЗ "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями) Федеральный закон от 14 марта 2002 г. N 30-ФЗ"Об органах судейского сообщества в Российской […]
  • Рослесхоз 337 приказ ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ЛЕСНОГО ХОЗЯЙСТВА ПРИКАЗ от 5 ноября 2008 г. N 337 ОБ АДМИНИСТРИРОВАНИИ ДОХОДОВ БЮДЖЕТНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА ПЕРИОД 2009 И 2010 ГОДОВ Во исполнение Постановления Правительства Российской Федерации от 14 […]