Наказание по саксонскому зерцалу

Наказание по саксонскому зерцалу

32. ЭВОЛЮЦИЯ ИСТОЧНИКОВ ФЕОДАЛЬНОГО ГЕРМАНСКОГО ПРАВА

В период X–XIII вв. Германия не знала единой правовой системы: на каждой территории со своей политической властью существовало свое право и отношения внутри каждого сословия также регулировались своими правовыми нормами. Основным источником права в этот период являлся обычай В XIII в. были предприняты первые частные попытки записать обычаи, действовавшие в некоторых районах Германии. Наиболее известным из этих записей является «Саксонское зерцало», составленное Эйке фон Репгофом во второй половине 20-х гг. XIII в. состоящее из двух частей. В первой излагается «земское право» северо-восточных областей Германии К нему относились нормы государственного, гражданского, уголовного и процессуального права. Во второй части излагается «ленное право» – нормы, регулирующие отношения между феодалами Основными идеями кодекса являются верховенство князей над императорами, независимость отдельных областей Германии. В этом смысле кодекс – достойный предшественник «Золотой буллы».

Основное содержание «Саксонского зерцала» составляют правовые нормы, регулирующие имущественные отношения. В соответствии с ними к наследованию в первую очередь призывались дети мужского пола, а затем женского. «Саксонское зерцало» без всякой системы излагает широкой круг деяний признаваемых преступными: грабеж, кража, поджог, убийство, изнасилование, причинение тяжких телесных повреждений, оскорбление и т. д. Все виды наказаний можно объединить в три основные группы: тяжкие наказания (смертная казнь в различных видах); членовредительские и телесные наказания позорящие наказания. Подавляющее большинство преступлений (колдовство, убийство, ночная кража, изнасилование и т. д.) каралось смертной казнью.

Помимо юридических норм в Саксонском зерцале изложены теоретические правовые концепции, характерные для средневекового германского общества, а также политико-правовые взгляды самого автора.

В различных княжествах Германии уголовное и уголовно-процессуальное право основывалось на принципах «Каролины» – свода законов, изданных в 1532 г., названный так по имени императора Карла V. Он содержит более 100 статей с нормами о преступлениях и наказаниях. На основе «Каролины» образовалось общее немецкое уголовное право. В этом своде законов точное определение получает преступное деяние, намечается стремление к определению отличия преступления от проступков, влекущих за собой меньшую ответственность.

Опасными преступлениями считались вероотступничество, колдовство, поджог, убийство и др. Выделялись преступления против религии, такие, как богохульство, кощунство, нарушение клятвы, подделка монеты, мер весов, предметов торговли.

Преступления против нравственности – похищения женщин, двоебрачие, прелюбодеяние, изнасилование. Государственные преступления – бунт против власти, оскорбление императорского величия злостное бродяжничество. Вплоть до XVI в. считалось преступлением анатомирование трупов.

§ 13. Наказание за преступления против здоровья

Как и убийство, телесные повреждения влекли за собой в древности кровную месть. В дальнейшем за телесные повреждения закон широко применяет талион, законы XII Таблиц устанавливают «Si membrum rupit, ni cum eo pacii, talio esto», а институты Юстиниана гласили: «Наказание за обиды, по закону XII Таблиц, было за сломанный член talio, т. е. обиженный имел право отнять у обидчика такой же член, а за удар в лицо были установлены денежные пени. преторы позволяли самим потерпевшим обиду оценять оную, так чтобы судья присуждал виновного уплатить столько, сколько потребует обиженный, или менее, смотря по току, как ему заблагорассудится. Наказание за обиды, введенное законом XII Таблиц, вышло из употребления, то же, которое ввели преторы, часто встречается в судебной практике» 1.

Композиции и талион влекут за собой телесные повреждения в древнем еврейском праве, в законах хеттов, законах Хамурзбби и других законодательствах древнего Востока.

В Варварских Правдах размеры композиций за телесные повреждения весьма различны, в зависимости от нанесенного повреждения. В Салической Правде самые высокие композиции за руку, ногу, глаз и нос по 100 солть дов, пальцы расцениваются различно, в зависимости от sre боевого значения (maym английского права), за второй палец, «который пускает стрелу», — 35 солидов, а за последние три пальца вместе — 50 солидов, гл. (XXIX). Глава XVII Салической Правды предусматривала нанесение ран, за удар до крови следовало уплатить 15 солидов, а без крови —’ 1 солид, за удар кулаком — 3 солида (ст. ст. 5 и 6). По Саксонскому зерцалу тяжкие телесные повреждения влекли за собой отрезание руки, а легкие —■ пени и заклад (Busse und Wette).

Русское законодательство в древности также знало кровную месть за телесные повреждения, которая в дальнейшем вытеснилась выкупами различного размера, в зависимости от характера нанесенного повреждения и лич-

хотя и составляет необходимый элемент преступления, с отсутствием которого исчезает и самое его понятие, но при определении мерк виновности играет второстепенную роль» (Таганцев, О преступлениях против жизни, т. I, стр. 139).

1 Институты императора Юстиниана. Пер. Проскурякова, СПБ 1859 г., стр. 238—239.

кости потерпевшего (Русская Правда, Академический список, ст. ст. 2 и 3 и Троицкий список, ст. ст. 25—28).

Уложение царя Алексея Михайловича назначало за телесные повреждения талион и композиции (гл. XXII, ст. 10), а Воинский устав Петра I — членовредительские и телесные наказания, а в более легких случаях денежные взыскания и испрашиваиие прощения (арт. арт. 141 —147). По Морскому уставу Петра I «ежели. . . битой. . . некоторое увечье понесет, то (виновный) имеет быть також наказан на теле и послан в галерную работу вечно или временно, по рассмотрению суда. Сие разумеется о ундср-офицерах и рядозых, а ежели офицер. . . поранитъ, то в галерную работу вечно или временно, по рассмотрению суда» (ст. 98).

Наказания за телесные повреждения в большинстве современных уголовных кодексов неосновательно низкие, Loffler писал по этому поводу следующее: «StCB разделяет с большим количеством континентальных законодательств относительную мягкость в отношении телесных повреждений, которая в высшей степени странна. Неприкосновенность личности охраняется слабее, чем имущество. Это частично результат «нравственных и хозяйственных представлений», которые сегодня должны быть рассматриваемы как устаревшие; частично это признак еще распространенной некультурности, которая драку, как охрану физической силы, одевает в романтическое татье. В наибольшей степени, конечно, это результат доходящего до степени абсурда распоряжения закона квалифицирующими и привилегирующими признаками или даже отдельными составами преступлений, которые дифференцируются чо моментам, которые должны были бы быть совершенно безразличны для установления вины» 1.

Это объяснение Loffier’a интересно только с той точки зрения, что им совершенно прикрывается основное и значительно более простое объяснение — большая охрана частной собственности, чем личности человека, в условиях капиталистического общества.

Мягкость репрессий за телесные повреждения оказывается не только 1в том,, что вообще наказание за них недостаточно, но в еще большей степени в том, что относят к легким телесным повреждениям и что покушение на легкие телесные повреждения в большом количестве законодательств вообще не наказуемо, что для привлечено f f 1 с г, KOrperverletzung, Vereleichende DarsteHung Besond. Teii, Bd. V, S. 341.

ния к уголовной ответственности за многие случаи телесных повреждений требуется жалоба потерпевшего, чего нет вовсе для самых незначительных имущественных преступлений 1.

Как нетрудно увидеть из приложенной таблицы, наказания за телесные повреждения и в особенности за легкие телесные повреждения никакого сравнения с наказаниями за преступления против имущества не выдерживают (см. табл. на стр. 389):

Для сравнения наказания за телесные повреждения и за имущественные преступления приводим некоторые примеры: в Германии грабеж карался так же, как убийство. Простая кража влечет за собой наказание до 5 лет лишения свободы; «легкие» телесные повреждения—до 3 лет. При тяжких телесных повреждениях максимум наказания 5 лет каторги. При краже из помещения ест взломом или с использованием подобранного ключа — 10 лет каторги. При имущественном преступлении учитывается профессионализм и рецидив; при преступлении против личности все это не учитывается. Вор-рецидивист, укравший белье из сада, подлежит каторге до 10 лет, а если кража была квалифицированная — каторге от 2 до 15 лет, т. е. наказание будет больше, чем если бы он выколол два глаза. В Италии удар ножом в живот, имевший результатом опасную для жизни болезнь на многие месяцы, карался заключением на срок от 1 года до 5 лет, а кража, совершенная путем случайного использования утерянного ключа, — заключением на срок от 2 до 8 лет. Неудивительно, что даже буржуазные авторы приходили к выводу — больше не должно быть такого взгляда, что

1 Старый мировой судья Тулуб в царской России в статье «Из заметок и наблюдений мирового судьи» резко высказывался против частного обвинения и примирения по делам об обидах и оскорблениях. Ои писал: «.. .оскорбление чести должно быть признано проступком обще-уголовным и преследоваться в порядке публичном. Пусть личное достоинство людей будет в такой же мере неприкосновенным, в какой неприкосновенна их собственность, их имущество. Такая, повидимому, простая и очевидная истина, но для практического торжества ее оказывается мало длинного ряда веков, прожитых человечеством». «.. .вам нанесли побои, окровавили вас. Государству нет до этого дела. Совершилось событие никому кроме вас ничем не угрожающее. Понесен ущерб нравственный, а такая потеря с точки зрения интересов общества потеря безразличная. Если угодно, жалуйтесь, это зависит от вашей доброй воли, пожаловавшись, можете вести начатое дело, можете бросать его в любой момент процесса, вы полный, неограниченный хозяин здесь», но «кража угрожает опасностью всему обществу — собственность есть основа всего существующего». (Ж. М. Ю., 1897, № 4, стр. 79).

27. Уголовное право и Суд и по Саксонскому зерцалу

Состязательный процесс по гражданским и уголовным делам. Каждый «мог подать иск о том, что его задевает», и вызвать на суд ответчика. Обычно истец и ответчик участвовали в процессе через представителя («говорителя»), который произносил процессуальные формулы, ибо оговорка влекла за собой проигрыш дела. Для неявки в суд были только четыре законные причины: арест, болезнь, имперская служба и крестовый поход.

Основными доказательствами в суде были свидетельские показания и присяга. По уголовным делам допускался также «божий суд» в виде судебного поединка, если шеффены дадут на него согласие. Назначение судебного поединка ограничивалось принципом сословного равенства, а также процессуальными правилами, которые подробно изложены в «Саксонском зерцале». В зависимости от результата поединка побежденный ответчик подлежал обычному суду как виновный в преступлении, а победивший ответчик освобождался от обвинения, уплаты штрафа и возмещения истцу и суду. В случае троекратного невыхода «в поле» ответчик признавался проигравшим дело и подлежал суду.

СЗ уделяло большое внимание доказательственной стороне процесса и настаивало на надлежащем изобличении обвиняемого, без чего запрещалось выносить решение о наказании.

В земском праве существовал любопытный институт «оспаривания решения». Оспаривание решения должно было происходить стоя, лицом равного с заседателями сословия. Оспаривающий просил предоставить «скамью» для предложения другого решения, которое показалось бы сторонам более справедливым. Однако если оспоривший решение не добивался удовлетворения своих требований, он должен был уплатить возмещение тому, чье решение он оспорил, а также штраф и судебные издержки.

Споры между сеньором и вассалом должны решаться в ленном суде. О желании судиться со своим ленником сеньор должен был заранее и при свидетелях известить своего вассала. Суд должен был идти открыто и в присутствии других (не менее 7 человек) вассалов. От единичных обвинений можно было очиститься присягой. За непочтение к сеньору, нарушения процедуры ленника ждал штраф («Зерцало», однако, специально оговаривало, что нельзя считать за такое непочтение, если кто в суде «чихнет, сморкается, сгоняет мух» и т. п.). Видимо, порядки в таких сеньориальных судах были весьма произвольными, и требовалось придать им хоть какое-то подобие права.

Судебная процедура в целом сохраняла значительные остатки прежней общинной юстиции и еще мало походила на собственно юридический суд. Самые мелкие дела (о вреде на сумму до 3 серебряных шиллингов) судил сельский староста. Он же был вправе определять наказание и по уголовному делу, если от момента совершения преступления прошло не более суток (т. е. все и вся было налицо). Преступников, пойманных с поличным, следовало судить тотчас (пока не прошли сутки) специально выбранному тремя общинами гографу. Высшая юстиция была представлена судом графа, в котором участвовали свободные сословия (шеффены). Самой высшей инстанцией был королевский суд, в который теоретически разрешалось обратиться любому с любым делом. Важным новшеством судебных узаконений в «Зерцале» было признание исключительно территориальной подсудности (по тому, где жил ответчик); древний порядок личной подсудности вышел из обыкновения.

Споры об имуществе и долгах решались обычным состязательным порядком. В качестве доказательств важнейшим была присяга. В случае уголовных обвинений (в нарушении «королевского мира») основным способом выяснения отношений в суде был судебный поединок. В «Зерцале» детально описывался порядок вызова на поединок, роль судьи, каким вооружением и в какой одежде его можно проводить. Чтобы поединок не превращался в свальную драку родственников и помощников, специально оговаривалось: «Мир должен быть обеспечен на поле под страхом смертной казни, чтобы никто не мешал их поединку». Наказание должно быть неотвратимым: судья, который по каким-то причинам не разрешал дела, подлежал тому же, к чему мог быть по праву осужден преступник.

Судебная защита прав по «Саксонскому зерцалу»

Характерная особенность «Саксонского зерцала» как судебника, и в особенности его Земского права, заключается в том, что в сборнике все вопросы трактуются под знаком судебной защиты прав и притом в такой мере, что вопросы судоустройства и процесса нередко не отделяются от материального права. Поэтому можно сказать, что проблемы суда занимают в «Саксонском зерцале» господствующее место. Как защитить свои права, какими нужно обеспечить себя для охраны своих прав доказательствами, в какой суд нужно обратиться, как вести процесс, чтобы не потерпеть ущерба, — всем этим вопросам «Саксонское зерцало» уделяло максимальное внимание. Природа, характер и принципы всей средневековой судебной системы определялись основными чертами феодальной земельной собственности, ее сословным характером, иерархической структурой и т. д.

Как уже отмечалось, судебная власть была неотделима от земельной собственности, а право суда неразрывно связано с правом на судебный лен. Обладавший судебной властью (Gerichtsherr) являлся одновременно крупным земельным собственником (Grundherr). Все участники судебного аппарата (судьи, графы, их заместители, их вассалы — как заседатели в ленном суде, шеффены — как заседатели в земском суде, и т. д.) занимали свое место на ступенях судебной иерархии в полном соответствии с их земельной собственностью, с их земельными правами. Вместе с земельной собственностью шеффен наследовал шеффенское кресло своего отца (ЗП III 26 § 2—3). Судебный исполнитель должен был владеть земельным участком размером не менее трех гуф. Владение леном определяло участие в суде феодальной курии. Наделение судебными функциями было связано с наделением судебным леном. Король являлся в равной мере источником как всякой судебной власти, так и ленного землевладения; здесь сочетание землевладения с политической властью проявлялось в полной мере.

Сословный характер феодальной земельной собственности обусловливал сословный характер суда. Не было единой судебной системы, не было суда, равного для всех. Привилегированные сословия обладали привилегией судиться судом своего сословия; низшие сословия были подсудны судам, специально для них созданным. Соответствующим образом была построена вся судебная система: существовал церковный, ленный, земский, городской суд и т. д. Не только судоустройство носило сословный характер, но и судебный процесс, доказательственное право, система наказаний и т. п. — все пронизано сословным началом. Сословное неравенство проявлялось и в порядке привлечения к суду, и в возможности использовать процессуальные права, и в возможности выступать в суде лично или через представителя, воспользоваться теми или иными доказательствами. В тех случаях, когда представитель привилегированного сословия мог доказать свою правоту, победив в судебном поединке или принеся присягу, совместно с небольшим числом соприсяжных, лица средних и тем более низших сословий нуждались в большем числе соприсяжных, свидетелей-очевидцев и т. д. То же самое относилось к применению наказаний. За одно и то же преступление нередко к низшим сословиям применялись более суровые и унизительные наказания.

Иерархической структуре феодальной собственности соответствовала иерархия суда. Сфера деятельности суда определялась не административно-территориальным принципом, а рангом лена, военным щитом владельца судебного лена, с которым была связана его судейская власть. «Саксонское зерцало» проводит разграничение между церковными судами (судом епископа, пробства и декана) и светскими — судом графа, заместителя графа (шультгейса), гографа или фогта и суда сельского старосты (ЗП I 2). Кроме того, в судебную систему входили специальные ленные суды и городские суды, а также королевский суд (в качестве высшего суда). Земское право подчеркивало недопустимость смешения подсудности церковного и светского суда. Если кто-либо привлекал другого к церковному суду по делу, по которому установлена была подсудность светского суда, то жалобщик платил за это штраф и пеню (ЗП III 87 § 1). Никто не мог быть за одно и то же деяние привлечен одновременно к церковному и светскому суду, кроме случаев нарушения мира, за которое положено было отлучение от церкви, ибо «никто не платит штрафа дважды за одно и то же» (ЗП I 53 § 4).

Высшим судом считался королевский суд, т. е. суд королевского двора (ЗП II 12 § 4), так как «король всеобщий судья повсеместно» (ЗП III 26 § 1). Королевский суд — высшая инстанция для всех судов. Король мог заменить любого судью (ЗП II 25 § 2), и теоретически каждый имел право суда у короля, поскольку, как поясняла глосса, король дал такое всеобщее право всем светским людям (ЗП III 33 § 1). Однако само «Саксонское зерцало» признает, что практически король (император) «не может быть повсеместно и судить о всех преступлениях во всякое время» (ЗП III 52 § 2), поэтому он фактически передал право суда князьям и графам. Королевский суд служил апелляционной инстанцией для графского суда. Вместе с тем королевский суд являлся королевской курией и был судом пэров в отношении князей, которые были заседателями в королевском суде в качестве вассалов короля. Заместителем короля как представительствующего в королевском суде был пфальцграф — он же судья над королем (ЗП III 52 § 3) в суде пэров. Суд королевского двора не имел постоянного местопребывания. Он заседал там, где находился в данный момент король (император) в пределах Германии (ЗП III 64 § 1). На территории каждой отдельной земли (Land) действовали земские суды (Landgerichte), которые судили «приказом [банном] короля», но фактически были самостоятельны, так как обладали графской судебной властью. На первом месте здесь стояли князья: они владели судебными ленами и могли наделять таковыми своих вассалов, однако не ниже четвертой руки, начиная с короля (примеч. к ЗП III 52 § 3).

В суде графа председательствовал сам граф. Он имел заместителя (Schultheiss, praefectus), который был непременным членом судебной коллегии и одновременно судьей над графом, так же как заместитель короля — пфальцграф был судьей над королем, а бургграф — над маркграфом (ЗП III 52 § 3). Заседателями в суде графа были шеффены, и, согласно сословному принципу суда, этому суду были подсудны все свободные шеффенского сословия. При графском суде состоял судебный исполнитель, обязательный участник всех судебных заседаний. Судебный исполнитель избирался судьей и шеффенами из числа чиншевиков, имевших как минимум от половины до трех гуф земли (ЗП III 61 § 3; 45 § 5). Он был единственным лицом низшего сословия в графском суде. Он вызывал стороны, взимал залог, подвергал аресту, приводил в исполнение решения вплоть до смертной казни.

Во втором ранге находился суд заместителя графа. Заместитель графа в графском суде (шультгейс) был одновременно и самостоятельным судьей. Его суду были подсудны чиншевики, из числа которых избирались и заседатели (ЗП III 45 § 4).

Для низших слоев свободных (ландзассов) существовал суд гографа (Gaugrafengericht). Это был сельский суд определенного округа. Избранным на должность гографа мог быть только обладавший военным щитом, следовательно принадлежавший к привилегированным сословиям, так как он наделялся графом после своего избрания судебным леном (ЗП I 56; 58 § 1). Заседателями в суде гографа были ландзассы — вся община, весь местный «народ» (landvolk), что являлось отдаленным отголоском некогда народного суда — суда общины . Гограф избирался как постоянный судья, но мог быть избран в качестве чрезвычайного судьи для разбора дела в течение первых суток о преступнике, пойманном с поличным на месте преступления (ЗП I 57). Хотя гограф имел право присуждать к тяжким уголовным наказаниям (смертной казни и изувечивающим наказаниям), но его суд не считался судом приказом (банном) короля. Обвинителем в суде гографа выступал сельский староста, который действовал как бы по поручению общины (ЗП I 2 § 4 и др.).

Сельский староста, в свою очередь, был судьей по мелким делам, по которым полагались только телесные наказания (кража до трех шиллингов, обман в торговле, применение неверных весов, споры о границах земельных участков). От телесных наказаний, назначавшихся сельским старостой, можно было откупиться тремя шиллингами, которые «предназначались односельчанам совместно на выпивку» (ЗП III 64 § 11).

Вся структура светских судов свидетельствует о тех изменениях, которые произошли со времен Франкского периода. Вместе с падением старого административно-территориального деления на графства суд превратился из королевского суда, из-под власти которого раньше исключались только землевладения тех, кто обладал правом иммунитета, в суд владетельного князя, феодального сеньора. Остатки прежних судебных порядков видны были еще в признании короля всеобщим судьею, в наделении высших судов правом судить «приказом короля», в сохранении королевского суда, нередко оказывавшегося уже символическим. То же значение пережитков имел суд фогта, который ранее существовал на территориях, изъятых на праве иммунитета из ведения королевского суда, а теперь сохранился только в маркграфствах и в городах, причем в последних до тех пор, пока город не получил право на самостоятельный городской суд. В маркграфствах, где не было свободных шеффенского сословия, а были только зависимые крестьяне, не было и судов, которые судили приказом короля, и маркграфы осуществляли судебные функции на основании собственной, а не делегированной власти (ЗП III 65 § 1; II 12 § 6). Поэтому здесь сохранились фогты с правами низшей и высшей юстиции . Точно так же в городах, в зависимости от их категорий, сохранялся еще суд епископского, королевского или бургграфского фогта, пока судебная власть и вместе с тем назначение судей в отдельных городах не перешло к городским самоуправлениям. Как отмечалось, существовал еще ленный суд. Ленное право посвящает главу II порядку судопроизводства в ленных судах. Ленный суд был судом сеньоральной курии, судом равных. Заседателями в ленном суде были вассалы соответствующего сеньора (ЛП I 16; II 7). Ленному суду были подсудны только благородные, обладавшие военным щитом вассалы данного сеньора и все дела, связанные с владением леном и ленными правами. Основные принципы феодальной юстиции нашли свое выражение не только в структуре суда, но и в порядке судопроизводства. Судебный процесс, как он отражен во всех своих деталях в «Саксонском зерцале», и связанные с ним вопросы подсудности, система доказательств, порядок вынесения решений и обжалования их были всецело проникнуты сословностью, формальным неравенством, казуистичностью, строгим формализмом, партикуляризмом и территориальной замкнутостью.

Уже из сословной обособленности судов вытекал сословный характер подсудности. Подсудность в первую очередь определялась сословной принадлежностью сторон, занимаемой ими ступенью феодальной иерархии. Над жизнью и здоровьем князей никто не мог быть судьей, кроме короля (ЗП III 55 § 1). Принадлежавшего к шеффенскому сословию мог судить только суд графа, вассала — только курия его сеньора и т. д.

В пределах одной и той же системы действовал территориальный принцип подсудности; здесь принцип личной подсудности был уже преодолен. Каждый отвечал по своему праву, а не по праву жалобщика (ЗП III 33 § 2). В королевском суде, при привлечении к которому каждый должен был отвечать независимо от местопребывания королевского суда, можно было отказаться от поединка, если суд происходил не в той местности, откуда родом обвиняемый (ЗП III 33 § 3). В городах и судах другого округа никто не должен был давать ответ, если он там не имел местожительства, имущества или не совершил там преступления (ЗП III 25 § 2). Иски о земельной собственности должны были предъявляться по месту ее нахождения (ЗП III 33 § 4). Иски о наследстве рассматривались в месте открытия наследства и по праву страны, а не по личному праву истца, «будь то баварец, шваб или франк» (ЗП I 30). В ленном суде подсудность определилась, как правило, вассальной зависимостью, причем господин мог разрешать жалобы одного вассала против другого в том случае, если хотя бы один из них состоял на его службе (ЛП II 35). Жалоба ленника на своего господина должна была подаваться в курию господина и могла быть обращена к вышестоящему сеньору только в том случае, если ленник доказал, что его господин отказался принять и разобрать жалобу (ЛП II 51).

Средневековый суд не знал деления на гражданский и уголовный процессы. Оба они проводились в одних и тех же судах и по одним и тем же правилам судопроизводства. В средневековом праве не было выработано той стройной системы классификации деликтов, которая была известна римскому праву. Весьма интересно, что слово «преступление» (Verbrechen) в немецком средневековом праве встречается только начиная с XV столетия .

Можно установить следующую классификацию правонарушений (деликтов) по «Саксонскому зерцалу», хотя она и недостаточно четко выражена. Из всей массы правонарушений выделена прежде всего определенная группа деликтов, объединяемых понятием «злодеяние» (Misselat, malumfectum). В правовых памятниках раннего средневековья, а также в «Саксонском зерцале» этот термин относился только к определенным правонарушениям и действиям, которые состояли в причинении вреда или нанесении обиды другому лицу, а также в нарушении «общего мира» (Friedensbruch). Установление «божьего мира» (pax dei), а затем его закрепление в светском законодательстве в виде «земского мира» имело своей основной задачей ограничение феодальных войн. Но, кроме того, земский мир включал в себя целый ряд отдельных провонарушений, борьба с которыми выдвигалась на первый план в тот или иной период. Имперский земский мир 1152 г. впервые включил в число нарушений общего мира убийство и телесные повреждения. Саксонский земский мир 1223 г. включил изнасилование и тайное убийство. Имперский земский мир 1224 г.— разбой, ересь и колдовство. Майнцкий земский мир 1235 г. прибавил взимание незаконных пошлин, чеканку чужой монеты 41.

В качестве санкций за правонарушения «Саксонское зерцало» устанавливало: прямое возмещение имущественного ущерба, вергельд, смертную казнь, изувечивающие наказания, наружные телесные наказания, лишение и ограничение прав, штраф и пеню. Основной принцип указанных санкций, перешедший еще от [216] предшествующей эпохи, — это эквивалентность в возмещении причиненного вреда. Он отражен в обобщающем и часто применяемом в «Саксонском зерцале» понятии «возмещение ущерба» (wandel), охватывающем все существовавшие виды санкций. Однако принцип возмещения вреда претерпел в средние века значительные изменения; наказание от лица публичной власти, которое во Франкском государстве применялось еще сравнительно редко, к XIII в. получило широкое распространение. Поэтому в «Саксонском зерцале» оно уже имело большой удельный вес среди различного рода санкций. И все же в «Саксонском зерцале» сохранялся и частноправовой принцип преследования за правонарушения; обвинение носило почти исключительно частный характер, действовало старое правило: «где нет жалобщика [истца] — там нет судьи», а наказание в ряде случаев можно было заменить выкупом (ЗП I 38 § 1; 65 § 2). Только в одном случае установлено участие официального обвинения: в суде гографа сельский староста обязан был обвинять человека, пойманного (с призывом на помощь) на месте преступления или нанесшего кому-либо телесное повреждение, также если жалоба в суде потерпевшим еще не была заявлена (ЗП I 2 § 4).

Кража зерна каралась смертной казнью. Если же проезжий накормит свою лошадь чужим зерном на поле, то он был обязан только возместить ущерб (ЗП II 39). Здесь уже намечалось различие между уголовно-правовой и гражданско-правовой ответственностью. В соответствии с этим неявка в суд по жалобе, которая не содержала в себе обвинения в «злодеянии», влекла за собой лишь проигрыш дела, в то время как неявка в суд по делу, по которому выдвинуто было обвинение в «злодеянии», имела своим последствием объявление ответчика состоящим под подозрением, что влекло за собой очень серьезные ограничения в правах, в первую очередь — процессуальных.

Возмещение вреда занимало в «Саксонском зерцале» первое место среди санкций за правонарушения; возмещение причиненного правонарушением имущественного ущерба было обязательным. Однако только некоторые правонарушения влекли за собой исключительно обязанность возмещения вреда; большинство же из них было связано с применением и других санкций, налагавшихся от лица государственной власти. Именно со времен «Саксонского зерцала» удельный вес наказаний среди санкций за правонарушения значительно повысился по сравнению с предшествующей эпохой. Вергельд выступает в «Саксонском зерцале» уже как исторический пережиток. Его применение ограничивалось случаями неумышленного убийства и убийства в условиях необходимой обороны, но даже и здесь дело могло ограничиться добровольными соглашениями о возмещении ущерба, чем вергельд устранялся. Уплата вергельда предусматривается «Саксонским зерцалом» также за повреждение скота, но в этом случае вергельд был только возмещением ущерба по установленной таксе. За правонарушения, отнесенные к категории «злодеяний», в «Саксонском зерцале» были установлены наиболее суровые наказания: различные виды смертной казни (повешение, четвертование, отсечение головы, сожжение на костре) и изувечивающие наказания (отсечение руки). Особо повышенная ответственность была предусмотрена в отношении тех «злодеяний», которые были отнесены к числу «нарушений мира». Так, за квалифицированные виды убийства, поджога, кражи и т. п. установлены были квалифицированные виды смертной казни. За бандитское убийство, поджог, за кражу лошади или вола, запряженных в плуг, за ограбление церкви, мельницы или кладбища, выполнение чужого поручения в своих корыстных целях и др. полагалось колесование, за ересь, колдовство, отравление — сожжение на костре, за кражу — повешение (ЗП II 13 § 4, 7, 1), за обыкновенное убийство или изувечение — смертная казнь или отсечение руки и объявление находящимся под подозрением (ЗП I 68 § 4).

За правонарушения, не отнесенные к категории «злодеяний», назначались телесные наказания (an Haut und Haar) или штраф и пеня. Так, за совершенную в деревне дневную кражу до трех шиллингов сельским старостой налагалось телесное наказание, за побои без нанесения рваных ран был установлен штраф и пеня (ЗП II 13 § 1), которая в ряде случаев (например, при телесных повреждениях) носила характер выкупа, вергельда (ЗП II 16 § 5—9). За обиду, нанесенную одним ленником другому, предусмотрен штраф, который уплачивался господину (ЛП II 51). Особую категорию правонарушений составляли процессуальные нарушения. За них обычно устанавливалась пеня (Busse), которая уплачивалась противной стороне. Во всех случаях, когда за процессуальные нарушения противнику платилась пеня, судье уплачивался штраф (Gewette). Самым тяжким процессуальным нарушением считалось злостное уклонение от суда. Неявившийся в третий раз по вызову в суд обвиняемый в злодеянии объявлялся судом укрывшимся от суда, находящимся под подозрением; точно так же поступали с тем, кто сбежал, будучи застигнутым на месте преступления. Объявленного под подозрением [218] можно было во всякое время немедленно насильственно привести в суд; он не мог быть ни присяжным, ни свидетелем, ни обвинителем. Каждый суд мог объявить уклонившегося от суда состоящим «под подозрением» в пределах своего судебного округа. Однако нижестоящий суд мог добиться распространения действия своего постановления и объявления кого-либо состоящим «под подозрением» и в пределах судебного округа вышестоящего суда; суд гографа мог путем особого представления в графский суд распространить действие своего постановления на судебный округ графского суда, а последний получить от короля соответствующую санкцию на распространение этого постановления в пределах всего государства. Тогда уклонившийся от суда объявлялся находящимся в королевской опале (Konigsaclit), лишенным мира. Королевской опале подвергались также застигнутые с оружием в руках во время обещанного клятвою мира (ЗП II 71 § 2). Если в каком-либо замке бессудно держали людей под арестом и уклонялись от их представления в суд, то замок и люди, совершившие такое преступление, подвергались королевской опале (ЗП III 60 § 3). Кто в течение года и дня оставался в королевской опале и не очистил, себя в судебном порядке, тот объявлялся в состоянии высшей опалы (Oberacht), т. е. вне защиты права. Он был лишен мира, любой мог безнаказанно убить его, он лишался права на аллодиальную земельную собственность и на свой лен. Объявление в состоянии высшей королевской опалы было равносильно гражданской смерти, означало лишение семейных прав, прав на имущество и вообще правоспособности. Освободиться от состояния «подозреваемого» можно было только путем явки в суд. Судья должен был дать ему «судебный мир», чтобы он мог явиться в суд и оправдаться или понести иные последствия судебного решения (ЗП II 4 § 1). Сословно-классовый характер средневекового суда ярко проявился и в системе доказательств, в порядке разбора судебных дел, вынесения решений и их обжалования. Система доказательств зависела от сословной принадлежности, ограниченности в процессуальных правах, национальности, пола, физических недостатков сторон и свидетелей, закрепляла за господствовавшими классами преимущественное положение в процессе. Она основывалась на способах доказывания, которые применялись еще в предшествующую эпоху, и сохраняла (во всяком случае формально) методы, которые были известны еще варварским правдам. Все же в связи с развитием феодальных отношений и обострением классовых противоречий в доказательственном праве произошли существенные изменения. С одной стороны, некоторые способы доказательств начали терять былое значение. Реже применялись ордалии. «Саксонское зерцало» уже не упоминало о судебном поединке по гражданским делам (кроме случая опротестования решения) и предусматривало поединок только при нарушении мира, нанесении ран и при квалифицированном разбое (ЗП I 63 § 1; 68 § 3 и др.). С другой стороны, сохранялись или устанавливались способы и методы, выгодные высшим классам феодального общества. Судебный поединок в «Саксонском зерцале» явно выступал как привилегия высших сословий. Представитель высшего сословия мог всегда отказаться от поединка, если вызов последовал от лица низшего сословия. В то же время если вызов исходил от лица более высокого сословного ранга, то вызываемое лицо низшего ранга не могло отказаться от поединка (ЗП I 63 § 3). Принять поединок можно было лишь в той местности, откуда вызываемый был родом (ЗП III 33 § 3), а принадлежавший к шеффенскому сословию не обязан был принять вызов на поединок вне того судебного округа, где находилась его земельная собственность (ЗП III 26 §2). Сакс пользовался в Саксонии той привилегией, что в королевском суде против него не могло быть принято решение, если он доказал его порочность (для чего было достаточно показаний его и шести его соприсяжных против семи же человек с противоположной стороны) и предлагал разрешить спор судебным поединком (ЗП I 18 § 3). Это, естественно, могло относиться лишь к лицам высших сословий. Освободиться от обвинения можно было в ряде случаев при помощи очистительной присяги. Присяга освобождала от любого обязательства, если это обязательство было дано без судебного засвидетельствования (ЗП I 18 § 2). Господин своей присягой мог снять любое обвинение со своего человека (ЗП II 19 § 2). Присяги господина, принесенной совместно с двумя его людьми, было достаточно для доказательства, что такой-то является его крепостным по рождению (ЗП III 32 § 3). Из этих примеров вполне очевиден классовый характер очистительной присяги как способа доказательства в феодальном суде. Во многих случаях присяга требовалась от жалобщика или обвиняемого не в единственном числе, а совместно с соприсяжными — двумя (сам-третей), шестью (сам-сем) и т. д. В ленном суде, где участвовали только высшие сословия, соприсяжные не требовались.

Соприсяжные — не свидетели. Это — помощники стороны в процессе, которые своей присягой подкрепляли присягу участника процесса, придавали ей больший авторитет. Но «Саксонское зерцало» не проводило различия между соприсяжными и свидетелями; в некоторых случаях оно требовало, чтобы соприсяжные были очевидцами. Умножались требования подтверждения фактов свидетельскими показаниями. Например, если чиншевик утверждал, что чинш уже уплатил, то доказать уплату он мог только сам-третей из числа тех, которые видели и слышали, что он действительно уплатил. Следовательно, в данном случае нельзя было ограничиться просто присягой, даже совместно с соприсяжными, а требовались подлинные свидетели (ЗП I 54 § 3). Свидетельские показания играли большую роль в ленном праве. Ленник, фактически владевший леном, мог подтверждать законность своего владения и свое право на лен при помощи свидетелей.

К числу наиболее бесспорных доказательств «Саксонское зерцало» относило поимку с поличным. Вообще предъявление вещественных доказательств занимало видное место в феодальном суде. Раны демонстрировались в суде, убийство доказывалось предъявлением трупа, забой скота — предъявлением шкуры, владение движимой вещью — предъявлением ее в натуре. В отдельный случаях, в порядке обеспечения доказательств, можно было засвидетельствовать факт перед очевидцами, которые впоследствии могли быть свидетелями. Так, факт рождения ребенка живым мог быть удостоверен шестью свидетелями-очевидцами — четырьмя мужчинами и двумя женщинами (ЗП I 33). Выделенную из урожая десятину, которую господин вовремя не принял, нужно было для обеспечения доказательства предъявить двум свидетелям (ЗП II 48 § 7).

Значение бесспорного доказательства имело свидетельство судьи, его заместителя и заседателей, которое было обязательным при спорах о земельной собственности. Во всех судах судебный процесс был основан на принципах частной инициативы и состязательности сторон. Никто не обязан был приносить жалобу, если он не хотел возбуждать дело. Каждый был вправе умолчать о своем ущербе (ЗП I 62 § 1). Инициатива процессуальных действий принадлежала только сторонам. Опровергать жалобу мог только тот, против кого жалоба направлена (ЗП III 16 § 1). Хотя во всем судебном процессе господствовал принцип частного обвинения и вызов в суд проводился жалобщиком, тем не менее суд не имел права принять решение о наказании обвиняемого, пока он не был изобличен (ЗП II 18 § 1). Даже в чисто имущественных делах, при отстаивании своего права собственности на имение или права владения никто не мог был принуждаем подтверждать свое право свидетельскими показаниями, пока специальным постановлением не было на него возложено обязательство представить такие доказательства (ЗП II 18 § 2).

«Саксонское зерцало» дает подробное описание судоговорения, правил поведения в суде сторон, порядка предъявления доказательств, возражений и т. д. Характерная особенность порядка ведения судебного заседания заключалась в том, что судья (граф, гограф и т. д.) только руководил судебным процессом в качестве председательствовавшего, но сам в вынесении решения не участвовал (ЗП III 30 § 2). Решения «отыскивали» («находили») судебные заседатели (шеффены — в земском суде, вассалы — в ленном суде и т. д.). Предлагаемый проект решения подвергался оспариванию недовольной стороной, а затем голосовался судебными заседателями и таким путем превращался в окончательное решение суда. При этом специфика состязательного процесса состояла в том, что по каждому возникшему при судоговорении вопросу запрашивалось у заседателей частное «решение» (ЛП II 14—15 и др.). На основе принятого частного решения выдвигались новые вопросы, и так весь процесс шел от решения к решению, пока не принималось общее окончательное решение по делу. За предложенное «по чистой совести» решение заседатель не нес ответственности, даже если оно было бы признано неправильным и отвергнуто (ЗП II 12 § 9). Средневековому германскому суду был известен принцип обжалования судебного решения перед судом высшей инстанции. Если сторона оспаривала, опротестовывала решение, то дело переносилось к вышестоящему судье, в конечном итоге — в королевский суд (ЗП II 12 § 4). Формально обжалование перед высшим судом сохранило еще характер спора не между сторонами, а между опротестовывавшим решение и тем заседателем, который предложил решение. Ленное право также подробно излагало порядок обжалования решения ленной курии перед вышестоящим сеньором (ЛП II 59 60 и др.).

Четвертый вопрос.

Нормы, посвященные преступлениям и наказаниям, изложены в статьях 13—17, 26—28, 34—40 книги 2 первой части Саксонского зерцала и др. В них идет речь о правонарушениях трех типов: 1) правонарушения, влекущие за собой в качестве наказания смертную казнь или какое-либо телесное наказание, 2) правонарушения, влекущие за собой в качестве наказания возмещение (вергельд) материального ущерба, 3) правонарушения, за которые наряду с вергельдом может быть установлено одновременно уголовное наказание в виде штрафа. Так, согласно § 10 статьи 32 книги 3 первой части Саксонского зерцала судья имеет право получить штраф с того правонарушителя, который платит потерпевшему вергельд или возмещение в суде.

Правонарушения первого типа являются по своей юридической природе уголовными преступлениями. Правонарушения второго типа можно отнести к категории деликта. Правонарушения третьего типа имеют смешанную природу — это деликт и преступление одновременно. Знает ли Саксонское зерцало такую категорию преступных деяний, как государственные преступления? О каких категориях преступлений идет речь в данном трактате?

При анализе норм Саксонского зерцала о преступлениях следует определить, выделяются ли здесь стадии совершения преступления, формы соучастия в преступлении, формы вины и т. п.

Статья 14 книги 2 и § 3 статьи 84 книги 3 первой части Саксонского зерцала говорят об убийстве в условиях необходимой обороны.

Наказания, предписываемые Саксонским зерцалом за правонарушения первого типа, то есть злодеяния, носят особо жестокий характер. Какова цель таких наказаний?

Феодальный характер уголовного права, изложенного в рассматриваемом правовом памятнике, ясно выражается, например, в § 2 статьи 84 книги 3 первой части. Согласно ему убийство ленником своего господина влечет за собой в качестве наказания за это деяние лишение жизни, чести и того имения, которое ленник-убийца имел от убитого. Такому же наказанию подвергался, согласно указанному параграфу, и господин в случае, если он убивал своего ленника. Очевидно, что столь жестокое наказание назначено потому, что убийство человека сочетается в данных случаях с посягательством на отношения вас-салитета-сюзеренитета. Какие еще можно привести примеры, показывающие феодальный характер уголовного права, описанного в Саксонском зерцале?

Какие обстоятельства учитываются в данном произведении при назначении наказаний? Принимается ли при этом во внимание сословная принадлежность преступника или потерпевшего?

«Саксонское зерцало» как источник права

Чистовик.doc

  1. «Саксонское зерцало» как источник права……………………………….……7
    1. Саксонское земское право……………………………………………….…..8
    2. Саксонское ленное право…………………………………………..………12
    3. «Саксонское зерцало» — памятник феодального права 13 века…………..…..13
      1. Семейно – имущественные отношения по «Саксонскому зерцалу»…….16
      2. Форма государственного правления по «Саксонскому зерцалу»……….21
      3. Уголовно — правовое регулирование по «Саксонскому зерцалу»…………..23
        1. Преступление и наказание по «Саксонскому зерцалу»……………….….24
        2. Уголовное право по «Саксонскому зерцалу»…………………………..…28

        Список используемой литературы………………………………………….35

        Среди стран западноевропейского средневековья значительное внимание феодального права должна привлечь Германия. Правда, не без основания классическим считается феодализм французский. Во Франции период децентрализованной феодальной монархии дал образцы наиболее характерных форм феодального порядка. В противовес этому ленная система в Германии и связанная с ней тенденции к децентрализации власти пробивали себе дорогу сквозь сопротивлявшиеся этим тенденциям усилия германских императоров как носителей идей «священной римской империи германской нации», сквозь интриги римского престола и централизаторские устремления католической церкви. Тем не менее исследователь феодализма не может пройти мимо проблем германского средневекового общества, государство и права. Более того, германское средневековье представляет в этом отношении своеобразный интерес не только для историка, но и для теоретика права. Пожалуй, нигде в средневековой Европе так причудливо не переплетались произвол и право, как в феодальной Германии, где множественность местных правопорядков сочеталось с борьбой различных правовых систем (национального, римского и канонического права), где эта борьба и эта правовая раздробленность, являвшиеся выражением феодальной раздробленности и результатом игры политических сил императорской, княжеской и папской власти, тем не менее сопровождалось обличением в правовые формы любых проявлений феодального гнёта и произвола.

        В развитии феодального права Германии можно выделить 3 основных этапа:
        -период преобладания обычного права (Х-ХIV века);
        -период рецепции римского права (ХIV-ХVII века);
        -период оформления самостоятельных правовых систем в германских княжествах.

        Что касается исторического отрезка времени, то для изучения наиболее типичных черт германского феодального права значительный интерес представляет XIII век. Он важен для изучения типичных черт феодального права потому, что именно в это время феодальные производственные отношения сложились в полной мере. Вместе с тем XIII век был наиболее типичным для характеристики германского права периода феодальной раздробленности. Именно к этому времени относится особое развитие в Германии средневековой правовой теоретической мысли и создания ряда памятников права.

        В то же время XIII век был веком постоянных феодальных войн, династических распрей, междуцарствий, анархий и произвола. Право и произвол, военный захват и судебное разбирательство, казалось, настолько органически сплетались, что создавали видимость некого «порядка в беспорядке». К. Маркс указывает на это противоречие, отмечая, что «в то время имелось очень много писанного права, происходит также его научная обработка, но отсутствует применение права, суды могли решать, но не было рук для исполнения их приговоров».[Архив Маркса и Энгельса.т.5.с.280.]

        Германские правовые сборники, в первую очередь «Саксонское зерцало», подводили итоги германскому праву, как оно сложилось в XII веке , и отражали вновь складывавшиеся отношения, потребности развивавшихся городов.

        В Х начале ХIV века основным источником права Германии являлся правовой обычай. С развитием общественных отношений возникает необходимость записи и систематизации правовых обычаев.
        Определенную возможность для такой систематизации давали судебные решения, использующие общие нормы феодального обычного права и учитывающие мнения других судов.
        В ХIII веке были предприняты попытки кодификации обычного права. Такими кодексами явились «Саксонское зерцало», «Швабское зерцало» и позже «Франконское зерцало». Содержание «Саксонского зерцала» охватывает гражданское, уголовное, процессуальное и частично государственное право. Характерной чертой «Саксонского зерцала» являлось его отрицательное отношение к притязаниям римского папы на главенство в феодальном мире, этим оно выражало интересы крупных германских феодалов.

        «Саксонское зерцало» даёт наиболее полное представление о системе права своего времени, ибо оно было построено на судебной практике. «Саксонское зерцало» содержит богатую практику земских судов Саксонии. Широкое распространение, которое получило «Саксонское зерцало» за пределами тогдашней Саксонии, означает, что оно отражало не только местное, но и общегерманское право, а в какой-то мере общие основы феодального права определённой ступени его развития. Многочисленные заимствования, сделанные из «Саксонского зерцала» другими правовыми памятниками средневековья, в особенности памятниками городского права, свидетельствуют о прогрессивности памятника для своего времени и его роли, в частности, в создании единой правовой системе в средневековой Германии. О большом значении сборника говорит и то, что он применялся в судах длительное время: в течение более 600 лет. Ведь в отдельных германских государствах оно частично действовало до 1 января 1900 года, т.е. до введения Германского Гражданского уложения.

        Утверждают, что автор «Саксонского зерцала» Эйке фон Репков написал его по латыни, а затем уже переводил на немецкий язык и что оригиналом должен считаться латинский текст. Однако сомнительно, чтобы сохранившийся и дошедший до нас латинский текст принадлежал самому Эйке: предполагают, что до нас дошёл переводной латинский текст, а не подлинник автора. Название сборника «Саксонское зерцало» — дано самим автором. В стихотворном предисловии он пишет:

        Название примет пусть оно

        «Зерцало саксов», оттого,

        Что право саксов в нём дано

        И чтоб оно правдиво отражало,

        Как образ женщины – зерцало.

        По мысли автора, сборник должен был охватить всё германское право, действовавшее в отношении всех сословий. Однако на самом деле из сборника было исключено право низших сословий, право министериалов, не говоря уже о крепостных, а фактически – и право привилегированных сословий. Это было право среднего сословия, — право свободных, но не принадлежавших к «благородным» сословиям, к высшему феодальному обществу. Для высших сословий – для «благородных» тот же Эйке написал вторую часть «Саксонского зерцала», в котором изложил ленное право. Этот сборник сохранился и на латинском и на немецком языках.

        Отмечалось и отрицательное отношение автора сборника к каноническому праву, которое определялось политическими причинами (задачами укрепления светской власти) и получило выражение соответствующей интерпретации «теории двух мечей» (ЗП l 1) и в утверждении, что папа не имеет права изменять саксонские законы (ЗП l 3 §3).

        «Саксонское зерцало» как памятник права XIII века необходимо рассматривать в непосредственной связи с той исторической обстановкой, которая обусловила его возникновение. Его основные принципы определялись классовой структурой германского феодального общества той эпохи, структурой феодальной, перархически построенной, сословной земельной собственности. Вся система германского средневекового права как права феодального покоилась на сословном неравенстве. В основе правоспособности лежало сословная принадлежность: «никто не может приобрести иного права, кроме того, которое ему свойственно по рождению» (ЗП l 16 §1).

        Основное сословное деление, которое проводило «Саксонское зерцало», — это деление на свободных, с одной стороны, и слуг, зависимых людей – с другой.

        Таким образом, Трактат был разделён на две части. Первая – земское право (Landrecht), содержала отдельные положения, касающиеся государственного устройства Германии (выборы императора, разделение светской и духовной власти и так далее), а также нормы, относящиеся к гражданскому, уголовному праву, суду и процессу. Вторая часть – ленное право (Lehnrecht), была посвящена вассальным германским землям и городам, где на неё нередко продолжали ссылаться вплоть до 1900 года.

        Земское право регулировало имущественные, семейные и наследственные отношения лично свободных «простых» людей. Эти отношения определялись феодальной земельной собственностью с её многообразными формами земледелия. Тем не менее земское право всемерно закрепляло право крупных феодалов, охраняло их земельную собственность, их сословные привилегии. Все имущественные права были связаны с формами земельных держаний, в свою очередь определявшихся сословной принадлежностью, принадлежностью к военному щиту и т.п. Ведь основная цель всей правовой системы заключалась в том, чтобы сохранить феодальную земельную собственность в руках господствовавшего класса, а для усиления его военного могущества закрепить эту «ленную» собственность в руках мужского способного носить оружие потомств. Исходя из интересов господствовавшего класса, имущественные, семейные и наследственные отношения регулировались по- разному для лиц привилегированных «благородных» сословий и для прочих свободных. Ленное право регулировало область ленных отношений. Оно написано для господ, обладавших ленным право. В нём были подробно изложены условия получения и передачи ленов, владения ими, порядок перехода ленов по наследству, несение вассальных обязанностей, судебной и внесудебной защиты ленных прав и так далее.

        Система расположения материалов обоих сборников также различна. Земское право построено как судебник, основанный на казуистической практике шеффенских судов: поэтому оно лишено строгой системы. Это не исключает наличия некоторой последовательности изложения. Его первые разделы посвящены правам состояния, сословному делению общества и связанным с ними вопросам родства и происхождения (в том числе от неравных браков). Дальнейшие разделы содержат положения о судостроительстве и процессе, судебных доказательствах. Процессуальное право здесь не отделяется от материального, охватывавшего главным образом вопросы на следования семейных отношений и обязательств, в частности вытекавших на причинение вреда. Все эти вопросы трактовались с точки зрения судебной защиты прав. Ленное право разделено на три главы в соответствии с определение характера ленов и их защиты. Первая глава посвящена ленным правоотношениям. Вторая – ленному суду, третья – городским ленам: она отражает общность и противоречие интересов феодальных властителей и городской верхушки.

        «Саксонское зерцало» сыграло огромную роль в становлении германского права.

      4. «Саксонское зерцало» как источник права
      5. Исходный «строительный материал» средневековое право черпало в правовых обычаях, которые долгое время оставались важнейшим источником права. За несколько веков в странах Западной Европы происходит сравнительно плавный и безболезненный переход от варварских (племенных) правовых обычаев к феодальным, имеющим уже не персональный, а территориальный принцип действия. Расцвет феодализма в Европе в XI-XII вв. означал и повсеместное преобладание обычного права. В силу сходства самых простейших форм регуляции феодальных отношений правовые обычаи даже при сохранении местных различий отличались тождественностью многих своих институтов и подходов. И это позволяло уже средневековым юристам находить в них определенную систему. В более поздний период появляются другие частные записи правовых обычаев с попыткой их теоретического осмысления: «Саксонское зерцало» в Германии.

        «Саксонское зерцало», созданное в первой половине XIIl века, является одним из наиболее важных источников права того времени. Эйке фон Репков разделил трактат на две части: «земское право» и «ленное право».

        В статье 1 книги первой приводиться вступление, обосновывающее силу власти императора и папы: « Два меча предоставил Бог земному царству для защиты христианства. Папе – духовный, императору – светский… Это значит: кто противится папе и не может быть принуждён церковным судом, того император обязан принудить при помощи светского суда, чтобы был послушен папе. Точно так же и духовная власть должна помогать духовному суду, если он в этом нуждается».

        Книга вторая в большой степени посвящена наказаниям за уголовные преступления и уголовному процессу. В ней написано, что основанием для неявки в суд могут быть только 4 случая: «…арест и болезнь, служба богу вне страны и имперская служба…»

        «Саксонское зерцало» получило признание во многих германских землях и городах, где на него не редко продолжали ссылаться вплоть до 1900.

        С XIII в. в княжествах активно развивается «земское право» — общие для всего свободного населения нормы, по которым оно судилось в судах административных подразделений княжеств (судах «графской юрисдикции»). Его источниками было в основном правотворчество княжеских «государственных» органов — местные постановления о земском мире XII—XIII вв., а также решения графских судов. Именно в земском праве получили развитие нормы гражданского, семейного и других «непубличных» отраслей права. В «Зерцалах» XIII в. земское право нашло достаточно подробное освещение, ему посвящены специальные разделы. Так, в первой части «Саксонского зерцала», посвященной земскому праву, затрагиваются вопросы «конституции империи», правового статуса сословий, родства, семейных и наследственных правоотношений, уголовного права и процесса. «Конституционными» принципами организации империи, исходя из «Саксонского зерцала», можно считать верховенство права и доктрину «двух мечей». Верховенство права является следствием его божественного происхождения («Бог сам есть право»), из чего выводится провозглашенный автором принцип сопротивления всякой незаконной и несправедливой власти. Согласно доктрине «двух мечей», провозглашенной церковными идеологами в XII в., духовный «меч» (власть) предназначен папе, а светский — императору. Духовная и светская власть помогают и поддерживают друг друга, и кто «противится папе», должен быть принужден к послушанию с помощью светского суда. Императору принадлежал «первый щит» в феодальной лестнице. Он имел, по мнению автора «Зерцала», регалии на недра, право высшей юрисдикции «повсеместно». В любом месте его пребывания он имел право суда, чеканки монеты, взимания пошлин. Однако поскольку император не мог «быть повсеместно и судить все преступления во всякое время», он передавал князьям графские судебные полномочия. Император должен был избираться князьями. После посвящения местными епископами он получал королевскую власть и титул, после посвящения папой — императорские регалии. Император не мог быть отлучен от церкви, за исключением трех случаев: «сомнений» в истинной вере, оставления законной жены и разрушения храма. Правовой статус человека определялся его сословной принадлежностью. «Никто не может обрести иного права, кроме свойственного по рождению», — записано в «Саксонском зерцале». Вместе с тем автор осуждает крепостное право, его «ум не может понять •того, что кто-нибудь должен быть в собственности другого». Крепостное состояние, по его мнению, выводится из несправедливого и неправедного обычая, который теперь возвели в право. Значительное место в земском праве занимали вопросы семейных и наследственных правоотношений. Германское право следовало традиции, устанавливающей приниженное положение женщины в семье и при наследовании имущества. При неравных браках определяющим являлось состояние мужа, а дети наследовали состояние того из родителей, у кого был более низкий статус. «Саксонское зерцало» подтверждает принцип общности имущества мужа и жены, поступавшего в полное распоряжение мужа. Без его разрешения, как законного опекуна жены, она не могла управлять никаким имуществом. Вместе с тем в семейном имуществе выделялись определенные части, которые учитывались и наследовались отдельно. К ним относились предметы личного пользования женщины, домашняя утварь и украшения («женская доля»), имущество для пожизненного содержания жены в случае развода или смерти мужа, приданое жены, а также свадебный подарок мужа («утренний дар»). В случае развода (разлучения) жена могла пожизненно пользоваться предоставленной ей мужем собственностью, «женской долей» и приданым. В случае же смерти мужа женщина сохраняла «утренний дар», «женскую долю» и пожизненное содержание, причем «женская доля» наследовалась только по женской линии. Дети приобретали права на имущество только с согласия отца или после выделения из семьи. Принципы наследования были подчинены задаче сохранения земли в руках мужчины и также носили сословный характер. Для получения наследства получатель должен был иметь равный (или более высокий) статус с наследодателем. Если по ленному праву лен переходил только к одному сыну, то по земскому праву наследство получали в равных долях все сыновья или другие родственники. К наследованию призывались кровные родственники до седьмой степени родства, причем братьям отдавалось предпочтение перед сестрами. Кроме основных наследников существовали «дольщики», получавшие свою долю определенного имущества в первую очередь (вдова, ближайший родственник, получавший военное снаряжение). Средневековое германское земское право считало действительным только наследование по закону. Однако усиление влияния на брачно-семейные отношения канонического права привело к установлению замаскированной формы завещания в виде дарения. Кроме того, при разделе имущества в пользу церкви стала выделяться «доля умершего». Институт наследования по завещанию с сохранением обязательной доли законных наследников появился в германском праве в связи с рецепцией римского права. «Саксонское зерцало» упоминает многочисленные сделки — купли-продажи, ссуды, личного найма, хранения и т.д., но в целом договорные обязательства при отсутствии развитого обмена были разработаны довольно слабо. Сделки с передачей имущества обычно заключались в суде, чтобы суд удостоверил сам факт их совершения. Более подробно регламентировались обязательства из причинения вреда, призванные охранять в основном земельную собственность от потрав, порчи посевов, нарушений межи и т.п. За причинение вреда предписывалось возмещение ущерба и уплата штрафа судье. Развитие товарно-денежных отношений вело и к постепенному становлению новых гражданско-правовых норм, институтов, использованию норм рецепированного римского права. Появляется новая форма передачи земельных участков в собственность «с обременением». В результате такой продажи земельного участка покупатель и возможные последующие приобретатели обязаны были выплачивать первоначальному собственнику часть доходов с участка. Сделка купли-продажи движимых вещей начинает предусматривать защиту прав добросовестного приобретателя. При этом, по сравнению с римским правом, права собственника вещи были более ограниченны. Собственник, доверивший свою вещь человеку, продавшему ее третьему лицу, лишался права на иск к покупателю. Он мог истребовать только украденную у него вещь. Этот принцип германского права выражался формулой «рука должна предостерегать руку». Земское право восприняло из статутов мира составы наиболее тяжких преступлений, которые в основном не были систематизированы и наказывались при наличии умысла и «дерзости» в основном смертной казнью в квалифицированной форме. Преступления, совершенные по неосторожности, не могли наказываться смертной казнью и телесными наказаниями, требовалась уплата вергельда. Со временем в отдельных германских землях происходит дальнейшее увеличение видов правонарушений, подлежащих уголовному наказанию. Отчасти это связано со все более четким разделением гражданских правонарушений и преступлений. Введено было новое деление на «честные» и «бесчестные» преступления. Например, обычное убийство или тяжкие телесные повреждения были преступлениями «честными», а кража, измена, мошенничество — «бесчестными». Соответственно виновные в «бесчестных» преступлениях, отягощенных грехом обмана, наказывались более мучительной смертью; «честные» преступники могли отделаться возмещением ущерба или ссылкой. С XVI в. уголовное право в различных княжествах Германии, как и юридическая доктрина в целом, основывалось на принципах «Каролины». Его дальнейшее развитие во многом было связано с эволюцией взглядов на наказание, которое стало рассматриваться как средство исправления преступника, в том числе с помощью принудительного труда. В связи с этим возрастает применение таких наказаний, как принудительные работы, позорящие наказания и заключение в исправительные дома. Земское право эпохи «Саксонского зерцала» предусматривало состязательный процесс по гражданским и уголовным делам. Каждый «мог подать иск о том, что его задевает», и вызвать на суд ответчика. Обычно истец и ответчик участвовали в процессе через представителя («говорителя»), который произносил процессуальные формулы, ибо оговорка влекла за собой проигрыш дела. Для неявки в суд были только четыре законные причины: арест, болезнь, имперская служба и крестовый поход. Основными доказательствами в суде были свидетельские показания и присяга. По уголовным делам допускался’ также «божий суд» в виде судебного поединка, если шеффены дадут на него согласие. Назначение судебного поединка ограничивалось принципом сословного равенства, а также процессуальными правилами, которые подробно изложены в «Саксонском зерцале». В зависимости от результата поединка побежденный ответчик подлежал обычному суду как виновный в преступлении, а победивший ответчик освобождался от обвинения, уплаты штрафа и возмещения истцу и суду. В случае троекратного невыхода «в поле» ответчик признавался проигравшим дело и подлежал суду. «Саксонское зерцало» уделяло большое внимание доказательственной стороне процесса и настаивало на надлежащем изобличении обвиняемого, без чего запрещалось выносить решение о наказании. В земском праве существовал любопытный институт «оспа-ривания решения». Оспаривание решения должно было происходить стоя, лицом равного с заседателями сословия. Оспаривающий просил предоставить «скамью» для предложения другого решения, которое показалось бы сторонам более справедливым. Однако если оспоривший решение не добивался удовлетворения своих требований, он должен был уплатить возмещение тому, чье решение он оспорил, а также штраф и судебные издержки.

        Смотрите еще:

        • Работа с проживанием море Сезонная работа на море » Советы Сезонная работа на море с проживанием на сегодня очень актуальна для многих россиян на лето 2018 года. Тысячи людей готовятся к миграции на Черноморское побережье в поисках сезонных вакансий с проживанием […]
        • Посчитать стаж для ветерана труда Архив он-лайн Обсуждение по вопросу: как считать стаж на ветерана труда Имею ли я право на оформление звания "ветеран труда"?Являюсь действующим бортпроводником самолетов,общий летный стаж - 23.5 года,который в нашей отрасли защитываерся […]
        • Вебинары для юристов 2018 Юридические вебинары Компания «Юридическое бюро» предлагает удобный и современный метод повышения квалификации риэлторов и юристов в виде участия в образовательных юридических вебинарах. Что такое вебинар? Вебинар – это вид семинара, […]
        • Закон україни про звернення громадян ст 3 2.Форма та зміст скарги (ст. 5 зу “Про звернення громадян”) Звернення адресуються органам державної влади і місцевого самоврядування, підприємствам, установам, організаціям незалежно від форм власності, об'єднанням громадян або посадовим […]
        • Самыгин пС история учебное пособие Самыгин П.С., Беликов К.С., Бережной С.Е. и др. История Скачивание файла Введите число с картинки: Поделись с друзьями! 7-е изд. - Ростов н/Д: Феникс, 2007. — 480 с. В соответствии с государственными образовательным стандартом в учебном […]
        • Жалобы сожаления Приключение собаки (Фредерик Марриет, 1837) «Это было в январе 1699 г. Окрашенное черной краской одномачтовое судно проходило в виду берегов близ Бичи-Хэд (Beachy Head) с быстротой не более пяти миль в час. Оно шло под малыми парусами, […]
        • Образец заявления в службу фсб Образец заявления о приеме на работу в фсб Наши сотрудники попытались разыскать достойные примеры, чтобы найти время для более полезных дел. Ответственный документ имеет критичные поля для реквизитов. Чтобы внести их верно нужно уразуметь […]
        • Образец расписки на передачу документов Оформление расписки о получении корреспонденции, вручении, приеме - передаче документов. Пример. шаблон, образец, бланк. Как правильно оформить расписку при передаче документов. Пример, шаблон, образец расписки. (10+) Расписка о получении […]